Книга Спойлер: умрут все, страница 39 – Владимир Сулимов

— Дай мне вернуться! — выпалил он. Голос слезливо дрогнул. — Я не хочу в эту… Изнанку.

Новицкий по-птичьи дёрнул головой и с деланым изумлением воззрился на Вадима.

— Мы туда и не едем. Мы едем изИзнанки. Изнанка — это твой жалкий, привычный мирок. Мир маленьких вещей. Люди облюбовали его, как блохи — собачью шкуру. Настоящий мир — там!

Он театральным жестом указал на окно.

— Подлинный мир! — проревел Новицкий. — Смотри!..

…Вадим очнулся от ставшего знакомым протяжного металлического стона. «Четвёрка» содрогалась в конвульсиях. Сомнений не было — грохот подбирался и уже не стихал. В надвигающемся рёве тонули вопли, звуки рвущейся ткани… а может, плоти? Худючая девица слева сгорбилась, вдавила скрытое капюшоном лицо в планшет, словно желала спрятаться внутри экрана.

Вадим по-заячьи пугливо обернулся. Увидел устремляющийся в бесконечность тоннель, полный мрака и силуэтов, корчащихся в мучительном ужасе. Ближе всего к Вадиму сидела молодая женщина, полностью обнажённая. На её лице была нарисована гримаса истеричного безумия. Нарисована в буквальном смысле — на гладком, как страусиное яйцо, эллипсоиде. Стоило женщине чуть повернуть голову, и она превращалась в оживший портрет кисти Пикассо. За обнажённой пассажиркой студенисто извивалось нечто, напоминающее язык в рост человека, вырастающий из кресла и усеянный голубыми глазами. А ещё дальше, на пределе видимости, на дне тоннеля, выталкивая мрак…

Колыхалось. Пульсировало…

Близилось.

Вадим резко отвернулся, спасаясь от увиденного. Лёгкие сжимались и разжимались в диком темпе, гоняя сквозь сжатые, визжащие от боли зубы склизкий воздух: ах, ах, ах!

— Что там?! — вырвалось у него. Не голос — щенячий скулёж.

— Контролёр, — охотно откликнулся Новицкий.

— Что за контролёр?!

— Который штрафует «зайцев». И знаешь, непохоже, что ты покупал билет.

— Терминала не было! — взвыл Вадим. Теперь ему приходилось кричать, чтобы перекрыть рокот и вопли пассажиров, до которых добирался Контролёр. Вопли «зайцев». — И какой штраф?!

— О, я не знаю. Никто не знает, кроме безбилетников. Ты можешь их спросить. — Новицкий ткнул большим пальцем в сторону источника грохота. — Или выяснить лично, если капельку подождёшь.

— Как заплатить?! — Вадим сгрёб Новицкого за лацкан. Под пальто хлюпнуло, словно ткань скрывала мусорную кучу.

Нечеловеческая улыбка растянула рот Новицкого до ушей — точно незримые руки раздирали губы, ваяя хохочущий оскал Джокера.

— Впитать в себя мир подлинный и освободиться, — прорычал Новицкий. — Доделать прерванное! Кормить.

Вадима бросило в жар.

— Стать как ты? — простонал он. Пузырящаяся кровь стекала из ноздрей, обжигая кожу. Треснул и отслоился ноготь большого пальца. По руке, комкающей лацкан пальто, разлилась дёргающая боль. Скоро он весь превратится в одну сплошную незаживающую рану.

Если Контролёр не настигнет его раньше.

— Нет.

Черты лица соседа разметало гримасой бешенства.

— Да! — проорал монстр, вцепившись в запястья Вадима. — Да, да, да!

В раззявленной пасти Новицкого вторым языком трепетал изжёванный, обслюнявленный рукав, уходящий в глотку. И черви. Они пировали на рыхлой плоти дёсен, их жирные, цвета стухшего сыра тельца сокращались, прогоняя через себя мерзкую снедь. Некоторые лопались под зубами Новицкого, но продолжали извиваться.