Онлайн книга «Дурной глаз»
|
– Охереть не встать, – протянул вмиг побелевший Сеня. – Клоунирование! – Мама, – повторила Рая ему в тон. – Меня точно заберут, – и начала всхлипывать. Все посмотрели на неё с сочувствием, за которым таилось плохо скрываемое: «тебя точно заберут». Кроткая, вечно встревоженная Рая подходила идеально: с её-то дородностью. – Вдруг ещё не поздно? – взмолилась она сквозь слёзы неизвестно кому. – В смысле, стать клоуншей добровольно? Без клоунирования? – Ты ж опять на детекторе лояльности срежешься, – поспешил возразить Комарик. – Не переживай, Рай. Там, вроде, несильно меняют. Зато всегда будешь радостная. Хоть какой-то плюс. – А может, не меня?.. – Меня точно нет, – заявил Комарик, опять расправляя грудь и взирая орлом. – Я звезда цирка. На мне держатся все репризы. Вы, ребята, тоже ничего, вполне себе хороши, но убери меня – всё посыплется. На этот раз даже преданный Сеня посмотрел на Комарика с укоризной. Комарик сделал вид, что не заметил. – Мама, они идут! – провыла Рая. Открылась дверь и в гримуборную начали набиваться смехополицейские. Обсыпанного блёстками двухметрового Дулю горемычная троица знала. Его помощников, если верить разноцветным нагрудным значкам, звали Гаврюша, Сися и Гав-Гав. – Ладно, Рай, – делано погрустнел Комарик. – Работать с тобой было одно удовольствие. Ты хорошей была партнёршей, правда… Рая запустила ногти одной руки в диванную подушку, другой цапнула Сеню за колено. Сеня стал неловко отползать. На его физиономии виноватое выражение мешалось с облегчением. – …и я убеждён, не так это и страшно… – Его, – коротко рыкнул Дуля и кивнул на Комарика. У того на полуслове отвалилась челюсть. Мимо Дули, хихикая и ухая, протиснулись Сися и Гаврюша. – Стойте! – взвизгнул Комарик, вращая округлившимися, как ёлочные шары, глазищами. – Здесь ошибка! Я звезда цирка! – Ошибки нет, – пробасил Дуля, тряся изжёванным клочком, на котором фиолетовым фломастером было накалякано «ПОСТОНЫВЛЕНИЕ». – «Комарик Оскар Борисович, зануда, принудительное осчастливливание». – Я звезда этого грёбаного цирка!!! – срывая голос, заорала жертва системы. – Ка-апец твоей карьере, – вульгарно хохотнул Гав-Гав из-под локтя Дули, поигрывая наручниками в виде пары сцепленных цепочкой ромашек. – Возьмите её! – Комарик забился в цепких лапах клоунов. – Я звезда цирка-а! Почему я?! – Ну… – озадачился Дуля. – Почему… Фамилия твоя смешная. Да и имя. Сися с Гаврюшей не без труда отодрали от гримёрного столика брыкающегося и плюющегося Комарика, Гав-Гав защёлкнул на его запястьях наручники – и размалёванный квартет уволок жертву из комнатушки, по пути опрокинув-таки ведро с нечистотами. Сеня вспорхнул с дивана, метнулся к выходу и налёг на дверь, заглушая, но не отсекая полностью гогот смехополицейских и повторяющееся, как на закольцованной записи: «Я звезда цирка! Я звезда цирка! Я звезда цирка!». Лишь когда последние отголоски воплей Комарика погасли под бархатно-тёмными сводами циркового купола, Сеня осмелился осторожно проговорить: – Зато стало ясно, кто из нас будет водитель, а кто гаишник. Потом плавно, будто в поклоне на бис, наклонился, поставил ведро и смачно в него блеванул. Рая, которая прятала лицо в ладонях, как в детстве, когда умывалась, набрав воды в горсть, расплакалась – а может, рассмеялась. |