Книга Самая страшная книга 2026, страница 49 – Индира Искендер, Дмитрий Лопухов, Алексей Гибер, и др.

– Вот сам и пей. Я после Пахноцкого точно пас.

Пауза затягивалась. Дед ушел и возвращаться как будто не собирался. Из глубины дома не доносилось ни шороха, словно старый уснул с заветной тушенкой в обнимку.

Сверху бухнуло. Застучали шустрые шаги, что-то звякнуло.

– Жинка его, походу… – задумчиво сказал Андрей, посматривая на потолок. – От радости бегает – тушенку привезли. Представь, какая она, если даже для деда чудная?

– И представлять не хочу, – уныло отозвался Витька. И добавил: – Тут воняет.

– Я заметил. Наверное, у него где-то целая гора этих бедных зверей. На чучела готовит. А если бы ты чайку его выпил, то и тебя бы потом – раз! И на чучелко.

– Иди ты.

– Я бы и рад, да старый где-то застрял, чтоб его.

Прокуковали еще минут двадцать. Андрея начинало тошнить, он устал стоять. Темнота бесила, лампа почти не светила, а дед и не думал появляться.

«Тушенку он там жрет, что ли, скотобаза?!»

Громко ругнувшись (из-за чего Витька испуганно подскочил), Андрей уверенно нацелился к коридору.

– Пойду искать, задолбало. Может, он там подох, ему ж лет двести. А мы тут торчим.

Витька хмуро поплелся следом. Ждать он тоже умаялся.

Мусор лез под ноги, под подошвами хрустели мятые пластиковые тарелки и расплющенные пивные банки. Андрей шел, стараясь не задевать завалы, – не хотелось попасть под оползень из хлама. Куртку все равно изляпал чем-то белесым и липким – подумывал стереть платком, но плюнул и решил отложить на потом. Смысл, если тут везде помойка? Одно вытираешь, второе пристанет.

Тропка вывернула к перекрестку – слева в полумраке еле угадывался силуэт входной двери, а впереди, в самой глубине порошинского дома, темнота совсем уж неприлично сгущалась, скрывая даже отроги мусорных вершин. Вход в ближайшую комнату оказался плотно завален досками и фанерными ящиками то ли с землей, то ли удобрениями – вряд ли дед смог бы туда протиснуться.

Андрей как-то инстинктивно повернул к выходу, дернул за ручку, но дверь не поддалась.

– Этот старый придурок еще и дверь запер. Ну, Пахноцкий, ты мне за это ответишь… Пошли, найдем этого обморока, а то потом за век от этой вони не отмокнем.

– Погодь, хоть фонарик на телефоне включу. Темень, не видно ни фига.

Витька закопошился за спиной, а через пару секунд вспыхнул яркий свет – Андрей прищурился.

– В харю-то не свети! Туда давай. – Он махнул рукой в сторону уходящего во мрак коридора. – По-любому там сидит.

Витька проблеял что-то в ответ, но с места не сдвинулся. Андрей закатил глаза, выхватил у водилы телефон и сам первым потопал в темноту. Терпение уже заканчивалось. Желание набить морду старику (или кто там под руку подвернется), наоборот, росло с каждым шагом.

По дороге попалось еще две комнаты, но в одну он пролезть так и не смог (да еще и куртку, кажись, об гвоздь поцарапал), во второй же ничего, кроме вездесущего мусора, не нашлось. Старый словно растворился в воздухе.

Когда Андрей приметил еще одну дверь в конце коридора, Витька вдруг цапнул его за плечо:

– Слышишь?! Это откуда?

Поначалу ничего, кроме хриплого Витькиного дыхания, он не услышал, но потом все-таки разобрал приглушенные чавкающие звуки, точно кто-то рьяно месил жидковатое еще тесто в кастрюле. Или не тесто… Цепочку ассоциаций Андрей продолжать не стал.

– Из той комнаты, походу. Я же тебе говорил: он там точно тушенку жрет! Ну, ща он у меня схавает весь ящик вместе с банками, утырок.