Онлайн книга «Бойся мяу»
|
Вспыхнувший было огонь в глазах угас. И угольки стали медленно меркнуть. Голова Мяука завалилась на бок и медленно легла. А Женек увидел сидящую в ее макушке дощечку. Он узнал в ней вырванную с гвоздями ступеньку. А затем узнал и торчащие алые уши. В паре метров от него катался по полу, потирая колено, Митя. – Митян! Вот ты его приложил! – примчался, прихрамывая, Коля. – Как спрыгнул, как полетел и – на, по башке! Хрясь! Женя кое-как, постанывая от боли в животе, выполз из-под ослабевшей лапы. Полежал, отдышался, тронул живот. Футболка была мокрой, теплой, но кровь, кажется, уже особо не струилась. Наконец, со второй попытки он поднялся и доковылял до друзей: – Прикрыл так прикрыл! – попробовал присвистнуть. Не получилось. – Ловля на живца. Это называется… – глянул Митька снизу. – Отец рассказывал. – Первая охота – и такой улов, – покачал головой Женек и помог ему встать. Густую серость комнаты вдруг озарила молния. Такой же вспышкой зажглась мысль – Время! Руся! Скорее! Общая на троих мысль. Потому что уже в следующую секунду Рыж взмахнул киркой и вогнал ее в грудь Мяука. Дергая ею, разодрал остатки горелой кожи и мяса между ребрами. Из разреза дыхнуло жаром. Погодя чуть-чуть, он все-таки всунул туда руку, уперся. – Не достаю, – процедил сквозь сжатые зубы. Женя вцепился в край ребра и потянул в сторону. На каждом вдохе втягивал в себя золу и пепел опаленных волос. Под пальцами хлюпало что-то липкое, пупырчато-колючее. Митя поспешил сделать то же, навалился на другое ребро. Щель расширилась. Коля нырнул рукой глубже, прижавшись лицом к горелому. – Есть! – крикнул он, чуть присел. – Сейчас… Ага, да, давай. Прошло секунд десять, и он, отступая назад, вытянул в разрез тоненькую ногу по колено. – Держите, держите, пацаны… Сейчас… Залез снова и нашел вторую ногу. Взявшись за них, потянул было, как в глубине, под ребрами, стал разгораться из кроваво-алого в рыжий огонь. – Черт! – испугался Женя. – Срань! – выругался зло Митя. Рыж тянул, тяжело дыша. Менял хватку, потому что ноги проскальзывали. А затем на уровне таза и вовсе застряли. – Да ё-моё! Блин! – вырвалось у него. Бурлящим золоченным клубком огонь нарастал и раскалялся. Хотелось кинуться Кольке на помощь, взяться вдвоем и вырвать Русю из костлявой груди. Или метнуться и врезать Мяуку по макушке снова. – Поверни боком! – крикнул Женек вместо этого. Руки устали. Край ребра сделался острее. Воздух горячее. Коля завозился. Не сразу догадался затолкать ноги немного назад. Наконец повернул на бок. И тут ребро выскочило из рук Жени. Не удержал свое и Митя. – Эй! Тяните! Они взялись за ребра. Женек рванул. Не может быть, чтобы сил не осталось совсем! Однако кость не поддавалась. Ни на миллиметр. Что-то держало его железно. Женя глянул на Митьку. Растерянный, напуганный, тот тоже это осознал. – Не выходит! Не выйдет… – процедил Женя, отпустил ребро. – Он возвращается. Рыж схватил кирку. И, выцеливая, принялся бить широким лезвием по ребру. Блеснула молния, искрой сверкнув в металле. Лезвие вреза́лось в кость с тупым звуком, пружинило, отскакивало. Ребро оставалось невредимым. Раскаленный клубок превратился в огненный шар. Он вращался, набирая обороты. Язычки трепетали и жаждали кого-то ужалить. Донесся гром. И больше не смолкал, поселившись в темном нутре Мяука. |