Онлайн книга «Рыжая обложка»
|
Пост сдан. И вправду, с опустившимися сумерками баба Шура отлипла от окна и закрыла тетрадь с заметками. В тетрадь она дни напролет помечала, кто, с кем и во сколько проходил мимо, после чего начинала выстраивать «логические» цепочки. «Лида прошла в час дня вправо, наверное, в лес. Через 20 минут в ту же сторону проехал Петька на велосипеде. Это он ее где-то в Сосняках нагонит, и будут они там блудовать, черти окаянные. Опять Сашка до Кольки зашел – говномесы.» И так про всех и каждого. После туалета у Порядкова исчезло желание перечитывать реферат, и он лег спать. 7 – Его хата, – сказал лысый мужик с квадратной ряхой, притормозив у Гришкиного дома. – А в хате нету света, – подметил второй, такой же ряхастый, но с ежиком волос. – Может, он еще не доехал или свалил? – Тут он. Маякнули, что у участкового отмечался сегодня. – А кто тут участковый? – Старлей какой-то. Фамилия еще с порядком связанная. – Порядков? – А ты че, знаешь его? – Ясен пень. Мы ж с ним в ментовке вместе учились. За глаза его еще Двухголовым называли, а в лицо Порядком. – Ха, Двухголовый. И че оно обозначало? – Хэзэ. Учился с нами земляк его, он-то его по злости и называл Двухголовым, а мы перехватили, – Ежик нервно стал перебирать четки. – А ведь я знал, что он где-то в этих ебенях служит. Сука. – Да че ты очкуешь? – А то, он может всю малину обломать. Сейчас этот Гришка стуканет ему, мол, браткам по дурости забашлял, а отдавать нечем, и они теперь требуют хату на них переписать. А этот не из тех, кто мимо пройдет. Он, сука, начнет разнюхивать. А тут у Костыля по области в каждом районе сбыт. – Так у Костыля ж все на мази. Тут в ментовках его портреты рядом с портретами Путина разве что не вешают. – Ага, когда Порядок начнет рыться, он сразу в ФСБ сообщит, и начнется тут веселье. Порядков – это хитрожопая гнида, но все, что связано с наркотой, не переносит, ну или, по крайне мере, раньше не переносил. Лысый завел двигатель. – Ты куда собрался? – На поиски сельского бара. Расслабиться надо. А то ты грузишься на пустом месте. – А Гришка? – Его все равно дома нет. Так хули без толку сидеть, если можно пивка тяпнуть? 8 Колян и Саня стояли в свинарнике в полумраке лунного света. Поросята, тихо похрюкивая, глядели на пришельцев. Саня ткнул в одного пальцем. – Вот этого кувалдой бей по основанию головы. Ну ты понял – это там, где шея и голова соединяются. Я ему дырку начну пилить, а ты этим временем вон того ебнешь, – судьбоносный перст указал в сторону другой хрюшки, – потом ты этого начнешь пердолить, а я тому выпилю и… – Бля, почему это я этого, а ты того? – Какая разница? – Большая. Твой красивше. – Колян, блин, ты меня пугаешь. – Бля, ну серьезно, у моего морда печальная, а твой такой милый. – Хорошо. Ты печального ебнешь, я дырку ему выпилю и начну пердолить, а ты своему милому потом выпилишь и тоже начнешь. – А почему ты моему не выпилишь? – Потому что мой начнет остывать. – Давай тогда я сначала своего ебну, а потом твоего, чтобы ты моему… – Хорошо, Коля, давай уже, ебашь хрюшку. Пока Колян подкрадывался к кабанчику, Саня бормотал себе под нос: – Он собирается посреди свинарника по колено в говнище трахать поросенка со сломанной шеей в дырку на голове, и, сука, еще перебирает. Видите ли, этот поросеночек милый, а у этого печаль во взгляде поселилась. |