Книга Буратино в стране дураков, страница 76 – Антон Александров

— Нет. Потерпи еще немного.

— Хорошо, — вздохнул Андрей. — Обещай, что будешь осторожна.

— Обещаю, — сказала я и отключилась.

Итак, мне нужно в больницу. Маргарита Федоровна находится сейчас на лечении, у нее случился гипертонический криз. Но сейчас уже все в порядке, и с ней можно будет пообщаться.

Я вызвала такси и уже через полчаса подъезжала к зданию больницы. Нужную мне палату найти труда не составило.

— Можно? — вежливо спросила я.

— Можно. Заходи.

Мать Максима оказалась довольно полной, но вполне симпатичной женщиной, лет сорока — сорока пяти. Болезнь и жизненные склоки не испортили её, она сумела сохранить красоту и радость к жизни. Румяные щечки и широкая улыбка сразу располагали к себе.

— Привет, — радостно провозгласила она. — Ты Алена?

— Да.

— Проходи, поболтаем, — широким жестом пригласила она меня и сразу перешла на «ты». — Ты не представляешь, как я здесь соскучилась по простому человеческому общению. Я уже месяц здесь лежу.

— Я понимаю, — улыбнулась я, приседая на краешек кровати. — Сама терпеть не могу больницы.

— Да дело даже не в этом, — замотала головой женщина. — Я часто лежу в больницах и уже привыкла к ним. Единственное, к чему мне никак не удается привыкнуть, это к ощущению отчужденности, отшельничества. Я не люблю надолго оставаться одна, а меня всегда почему-то кладут в одиночные палаты.

Мы немного помолчали.

— Давайте перейдем к делу, — тихо попросила я, так как не могла больше держать все в себе. Мне хотелось как можно скорее выговориться.

— Давай, — легко согласилась она. — Саша узнал, где находятся мои дети?

Я тяжело вздохнула. Все понятно, он ничего не успел ей рассказать, и мне, как всегда, достается все самое сложное.

— Ваши дети убиты, — набрав в грудь побольше воздуха, выпалила я.

Женщина враз побледнела.

— Это точно?

— Да, — кивнула я. — Такими вещами не шутят.

— Расскажи все подробно, — еле слышно попросила Маргарита Федоровна.

Я еще раз кивнула, собралась с духом и начала свой рассказ. Делала я это медленно и отчетливо, стараясь ничего не забыть и не перепутать. На все про все у меня ушло около получаса.

Женщина слушала очень внимательно, а когда я замолчала, уставилась в одну точку и долгое время сидела без движений.

— Ты правильно сделала, что все мне рассказала, — наконец ожила она. — Я вообще не понимаю, как ты одна со всем этим справляешься.

— Я не одна, — не согласилась я. — Со мной всегда были друзья.

— И тем не менее, сейчас ты осталась одна, — гнула свою линию женщина. — Ты, если так можно выразиться, потеряла двух человек и боишься, что с остальными близкими тебе людьми может случиться то же самое.

Я вынуждена была с ней согласиться. Маргарита Федоровна оказалась хорошим психологом, и после непродолжительной беседы с ней мне стало значительно легче. Я ощутила легкость во всем теле и душевный подъем.

Мы проговорили весь вечер. Потом она куда-то сходила и договорилась о том, чтобы мне разрешили ночевать вместе с ней. Я так была ей за это благодарна. Мне не хотелось сейчас оставаться одной.

Утром, едва я открыла глаза, меня обрадовала Маргарита.

— Я кое-что придумала, — широко улыбаясь, заявила она.

— Что? — заинтересовалась я.

— Ты хорошо помнишь парня, который напал на тебя в подъезде и стрелял в гостинице?

— В каком смысле? — не совсем поняла я.