Книга Дело о лесном монстре, страница 4 – Марина Серова

— Может, на первом этаже живет? — попытался утешительно предположить Иван Степанович. Но от этой идеи Тане легче не становилось; камера в подъезде ведь все равно не работала!

— Давно она сломалась?

— Да вчера вот, — мужчина развел руками. — Не знаю, что с ней, но почему-то перестала записывать. Хотя она дольше всех держалась. Оно ж как было, — Иван Степанович, потрясая в воздухе открытой ладонью, возмущался: — Застройщик камеры свои поставил. С ними все было хорошо. А потом почти полгода назад, — он замер и глянул на Таню: — Ну ты помнишь, наверное, — и вновь стал размахивать рукой, — все камеры в двух домах поменять решили. Не помню уж, что там случилось.

Таня хотела вставить фразу про то, что у управляющей компании появился шанс часть денег присвоить, вот и провернули эту никому не нужную замену. Рабочие камеры-то вряд ли в утиль пошли. Но Иван Степанович был так громок и увлечен своим рассказом, что Иванова решила позволить ему выговориться. У человека явно назрел монолог на эту тему.

— Ну и закупили где-то эти камеры! Только в лифтах нормальные оставили. Тоже не знаю почему, но вряд ли ж без причины. А новые все сначала нормально работали, а потом одна за одной из строя повыходили. А к кому все с жалобами идут? Ко мне конечно! Не было и недели спокойной у меня. Все долбают, чтобы поменяли на рабочие. А я-то что? Не я же деньги на это даю. И вот та камера, что в вашем подъезде висит, она самая первая сломалась. Мы тогда ее сразу же на нормальную заменили. Это потом все работать перестало. Но эта работала! — и тише прибавил: — До вчерашнего дня.

— И мастера не вызывали?

— Да от этих мастеров она и перестала работать! — Вопрос Ивановой был воспринят как личное оскорбление. — Вчера же утром и приезжал мастер. Ходил тут, смотрел. Диагностику камер проводил. Вроде как эксперт, оценку делать пришел. Там же управляющая сейчас судиться с тем поставщиком камер собирается. Ну и доказательства собирает. А этот эксперт зачем-то и к работающей камере из другой партии полез. Я ему сразу сказал, чтобы не трогал. А он: «Диагностику надо провести!» Да так провел, что камера эта работать и перестала. Вроде молодой, а в технике не разбирается совершенно. И где только таких мастеров набирают?

— И другого вызывать не стали?

Иван Степанович надулся; видимо, окончательно оскорбился.

— А мы лишних людей к нам не зовем. Паренек тот сказал, что к концу недели вернется и все наладит. Что там контакт перегорел и еще надо линзу менять. Вот он в пятницу все это привезет и сделает. Чего другого мастера-то звать?

Таня поняла, что вопросами своими зацепила человека за живое и поспешила вернуть разговор в рабочее русло. Да и эта мешанина из разрозненных и совсем сейчас неважных фактов Иванову мало интересовала. Когда-нибудь она найдет в себе силы на то, чтобы разобраться с происходящим в ее УК безобразием. Когда-нибудь, но явно не сегодня.

Они еще раз пересмотрели все записи с камер за последний час — хорошо, что человечество изобрело быструю перемотку, — потом еще за два часа, но незнакомого парня не было нигде.

— Значит, все-таки на первом этаже живет, — подвел итог Иван Степанович. — Или заходил к кому-то, кто там живет.

— Ага, — Иванова бестолково кивнула. Куда больше внимания она уделяла сменяющимся кадрам на экране монитора. Будто надеялась, что чем пристальней будет вглядываться в него, тем больше шансов, что парень промелькнет где-то. Каждый раз, когда на записи двери лифта открывались на первом этаже, она припадала к экрану и всматривалась вдвойне внимательно. Надеялась и ждала, что хоть где-то он мелькнет. Пройдет мимо. Хоть немного попадет в кадр!