Книга Пончиковый легион, страница 72 – Джо Р. Лансдейл

– Взлом и проникновение. Меня и моего брата арестовали по ошибке.

– Вы по ошибке попали в полицейскую машину?

– Нет, сэр.

Я рассказал ему, как все было. Когда я закончил рассказ, он поджал губы, словно собравшись свистнуть, но не свистнул.

– Ах да. Вспомнил. Думаю, дело не столько в произошедшем недоразумении, сколько в том, что у вас хорошая адвокатша, да еще и симпатичная к тому же. Она грозила нам судебным иском.

– Все это можно назвать следствием недоразумения, – сказал я. – Мы искали мою бывшую жену и ее мужа. Нам показалось, что их исчезновение не воспринимают всерьез. И сейчас кажется. И нашему адвокату тоже.

– Угрозы вашего адвоката действуют лишь до определенного предела.

– Это не совсем так, – возразил я.

Шеф Нельсон окинул взглядом Скрэппи:

– Ее не было с вами в ту ночь.

– Нет, сэр.

– Привет, я Амелия. – Тайное имя бесстрашного борца с преступностью и мастера алфавита «Скрэппи» она приберегала на крайний случай.

– Здравствуйте, Амелия, – ответил шеф.

– Так я перейду к делу, – сказал я.

– Да, пожалуйста.

– Главная моя забота – Мэг. Она исчезла, и я не могу ее найти.

– Ну да, вы и ваш брат заявили об этом.

– И?

– И ничего. Мы полагаем, что она и ее муж дали тягу, чтобы не платить за аренду.

– Аренда оплачена.

– Возможно, они решили, что в следующем месяце не потянут аренду, и уехали.

– Они оставили свои вещи. Абсолютно все – от мебели до нижнего белья.

– Люди иногда вот так срываются и уезжают.

– У нее была работа.

– Она ее бросила.

– Она член религиозной организации «Народ летающих тарелок». Могла она уйти туда?

– Вряд ли.

– Пришли к такому выводу, пролистав «И цзин»^[46]?

– «И…» что?

– Неважно. Еще один факт – возможная связь. Парень, которого обнаружили обгоревшим, завернутым в ковер и брошенным в канаву. Я немного знал его, и мне интересно, нашли ли того, кто это сделал.

– Не наша юрисдикция.

– Он ведь жил в этом городе.

– А найден за пределами города. В его доме не обнаружено никаких улик, которые прямо указывали бы на насильственный характер смерти.

– Полагаю, мы-то с вами оба можем с уверенностью заключить, что смерть была насильственной.

– Только не в нашем городе. И найден он не в нашей канаве. У нас есть свои канавы, но эта – не из них.

– Вы направляли криминалистов осмотреть его дом?

– Нет, я посылал туда Барни. Барни Брюера. Моего помощника. На такие вещи у него отличный нюх и глаз хорош. Правда, всего один, но хорош. У него прозвище Барни Флейтист; правда, Барни его не любит.

Мне не хотелось признаваться, что я сам побывал в доме, но Барни? С единственным глазом? В самом деле? Скорее всего, он просто сунул в дверь голову, причем повязка была нацеплена на здоровом глазу. Иначе не заподозрить неладное было невозможно.

Я продолжил эту вербальную шахматную партию:

– Позвольте мне спросить вас еще кое о чем. Расценивайте это как простое любопытство, шеф. Вы член культа «Народ летающих тарелок»?

– Шутите? Эти люди действуют, может, и с благими намерениями, но они чертовски доверчивы. Они исправно платят по счетам, не попадают в неприятности, но – они же кучка идиотов. По крайней мере, в части своей веры. Наш прежний шеф, Гровер Нанн, какое-то время верил в эти бредни. Потом, правда, страшно переживал, думал, что его надули. Никакой летающей тарелки в земле нет. И никакие пришельцы не прилетят.