Книга Пончиковый легион, страница 33 – Джо Р. Лансдейл

Но они не заперли дверь.

Я вошел, и над дверью брякнул колокольчик. Там и сям с потолка свисали резиновые воздушные шары в форме летающих тарелок. Они слегка качнулись, когда их достигло дуновение воздуха, созданное открывшейся дверью. Мое внимание привлекли таблички на дверях туалетов, расположенных сбоку: «Астронавты» и «Астронавтки». Помещение заполняли стоящие вразнобой столики со стульями.

Молодой человек за прилавком снимал со стоек противни с пончиками и опустошал их в большую серебристую корзину для мусора. Он взглянул на меня – высокий и костлявый парень с длинными светлыми волосами, завязанными в хвост. Некоторые пряди выбились и закрывали уши, поверх белой рубашки – белый фартук, а черные брюки припорошены сахарной пудрой и заляпаны пятнами затвердевшего жира. Парень выглядел как обладатель коллекции порнофильмов и морозильника, битком набитого «телеужинами»^[23].

Больше здесь никого не было. Когда я подошел к прилавку, парень проговорил:

– Слышь, приятель, мы закончили на сегодня. Пончики я выбрасываю. Они уже считаются вчерашними. Как раз собирался запереть дверь.

– Ты Кевин?

Он застыл.

– Да.

– Меня зовут Чарли Гарнер. Это я говорил с тобой по телефону о Мэг.

– А. Но я все рассказал, больше ничего не знаю. Могу вот угостить пончиком, пока не выбросил. Бесплатно. А кофе я уже вылил.

– Пончика я не хочу. Могу я купить тебе ланч? Ты по телефону что-то говорил про рай, так вот, хотел бы поспрашивать тебя об этом.

– У нас есть брошюрка о грядущем Армагеддоне и новом мире. Могу дать.

– Не нужна мне брошюра. Ты собирался поговорить со мной об этом по телефону, так что позволь пригласить тебя на ланч, задать несколько вопросов. Когда закончим, получишь двадцатку за потраченное время.

– Не очень-то вы похожи на человека, собирающегося стать новообращенным. Скорее всего, вы хотите и дальше говорить о Мэг.

– Двадцать пять.

– Накинете до тридцати?

* * *

Мы пешком дошли до заведения рядом с банком, напоминавшего одно из тех стародавних кафе, что показывают в фильмах пятидесятых годов. Называлось оно «Закуски Сесиль». В помещении имелось чистое панорамное окно, стояли несколько обеденных столиков и стульев ушедшей эпохи, а вдоль стен тянулись полукабинеты с прорехами в обивке и выпирающими из них прядями хлопка. Мы оказались единственными посетителями. Время для толп обедающих еще не настало.

Я пребывал в восторге от этого места, пока нам не принесли еду. Сэндвичи на поджаренном хлебе были залиты майонезом и дополнены мятым листиком салата и помидорами такими тонкими, что, если глядеть на них в профиль, то они, черт возьми, будут почти невидимыми. Мясо оказалось тряпочно-вялым и каким-то сероватым. Хрустящий картофель фри нарезали и обжарили заранее, а потом разогрели в микроволновке. На вкус он сделался водянистым – такое впечатление, будто жуешь пальцы утопленника.

В отличие от меня, Кевин, судя по виду, наслаждался. Все в мире относительно. Когда я был в его возрасте, мне нравилось все – особенно бесплатное.

– Не буду ходить вокруг да около, скажу прямо, – заговорил я. – У меня сложилось впечатление, что ты сам не слишком вдохновлен идеей летающих тарелок, которые заберут тебя и унесут к Земле обетованной.

– О как. Сложилось впечатление, а?

– Это звучало в твоем голосе. Я прав?