Книга Ананас на ёлке, страница 26 – Дарья Донцова

– О боже! – вздохнула посланница Вороновой. – Дарья, сделайте одолжение, покажите Елизавете удостоверение личности, и покончим с этим.

Когда мы очутились в лифте, я обратилась к женщине:

– Привезла Екатерине Андреевне разных пирожных из лучшей, по моему мнению, кондитерской, но не знаю, можно ли их подарить…

– Почему нет? – удивилась помощница. – Есть люди, которые не любят гатошки, но Екатерина Андреевна их обожает.

– Гатошки, – улыбнулась я. – Вы владеете языком Золя и Бальзака?

В ответ раздалась фраза на французском:

– Я некоторое время жила в Париже.

Вмиг стало понятно, что моя сопровождающая жила в столице Франции не один год.

И далее наш диалог потек на французском языке.

– В каком округе вы обитали? – полюбопытствовала я.

– Полагаю, в самом прекрасном, – засмеялась помощница Вороновой, – в Шестом.

– Бульвар Сен-Жермен! – обрадовалась я. – Наша квартира – на улице Сен-Сюльпис, прямо у собора. Люблю Шестой округ, в особенности ту его часть, которая примыкает к Латинскому кварталу. Почти все рестораны допоздна работают. У нас есть еще дом в предместье – вот там все засыпает в двадцать часов.

– Следовательно, вы понимаете, где театр Одеон? – осведомилась моя провожатая.

– Конечно, – кивнула я. – Его здание примыкает к Люксембургскому саду.

– Если встать лицом ко входу в парк около Одеона, повернуть налево и пройти немного, то на углу увидите большой серый дом. Я там жила, когда преподавала в Сорбонне. Квартиру снимал университет, до него меньше пяти минут хода. А рядом с вами будет одна из лучших булочных Парижа.

– Ее хозяин – господин Муло, – подхватила я. – Пирожные он делает потрясающие.

Мило беседуя, мы дошли до большой двери, и дама приложила к замку ключ-карту.

– Вы какой чай любите? – осведомилась помощница Екатерины, выкладывая пирожные на блюдо.

– Любой, – быстро соврала я. – Однако очень хочется поговорить с Екатериной Андреевной…

Дама взяла чайник и начала наливать в мою чашку заварку.

– Давайте знакомиться. Екатерина Андреевна перед вами.

В ту же секунду я увидела кольца на ее руке и поняла, что действительно вижу госпожу Воронову.

Женщине, которая спокойно носит многокаратники в будний день, нет необходимости наниматься к кому-то компаньонкой.

– Мне следовало посмотреть на ваши украшения и понять, с кем беседую, – вздохнула я. – Наверное, случилась ошибка!

– Какая? – улыбнулась хозяйка.

Я пустилась в объяснения:

– Ваша полная тезка, Екатерина Андреевна Воронова, училась в одном классе с Василием Петровичем Мариным. Школа находилась в районе, который в те времена считался не самым респектабельным. Мне хотелось узнать кое-что о мужчине, но сейчас понимаю, что наш сотрудник, который добывал информацию об одноклассниках Марина, ошибся.

– Да? Почему вы так решили? – весело спросила дама.

Я отпила чай.

– Госпоже Вороновой, которая мне нужна, слегка за семьдесят. Вам намного меньше.

Екатерина рассмеялась.

– Душенька Дашенька! Могла бы посчитать ваши слова за комплимент, отпущенный, дабы понравиться женщине, которая, по вашему мнению, владеет интересной для детективного агентства информацией. Но у вас сейчас на личике выражение ребенка, которому тетя-дура протянула конфетку. Малыш в предвкушении любимого лакомства развернул бонбошку, а внутри оказался камушек. Такое разочарование даже великой актрисе не изобразить. Сразу понятно, что вы, душенька, не собирались льстить, вы искренне считаете, что приехали не к тому человеку. Детонька, утешьтесь и съешьте восхитительную гатошку. Я их очень люблю, порой посылаю в эту кондитерскую курьера. – Хозяйка положила на мою тарелку эклер. – Готова рассказать все, что знаю.