Книга Блоха на балу, страница 19 – Дарья Донцова

– Ужас! – прошептала Марина.

– После выхода из клиники Кирилла поместили в дом-санаторий, где, к счастью, нашлась свободная квартира, – продолжила я. – Попов в стабильном состоянии, ему не становится лучше, но и не становится хуже. Пару раз в год устраивают фотосессию, литератора сажают за письменный стол, выводят на прогулку, делают снимки, их потом размещают в соцсетях, используют для рекламы новых книг фантаста.

– Он способен работать? – удивился Семен.

– Сейчас в год стабильно выходят по четыре романа Попова, – улыбнулась я. – Новинки пользуются успехом. Издатель придумал легенду, что Кирилл живет высоко в горах, поэтому никогда не появляется на публике.

– Не понял, – остановил меня Собачкин. – Ты только что сказала, что бедняга по уровню развития – детсадовец. Каким образом он ухитряется создавать популярные фантастические произведения?

– Старый, как мир, трюк, – рассмеялась Марина. – Тебе подсказать или сам догадаешься?

Семен свел брови в одну линию и начал размышлять вслух:

– По фото не понять, что человек ку-ку. Допустим, он сидит за столом, смотрит вдаль, вроде думу думает. Наверное, Кирилл – лицо проекта, а рукописи пишет бригада, которая подделывает их под стиль фантаста. Так?

– Скорее всего, да, – подтвердила догадку Собачкина Марина. – У меня можно заказать торт на праздник. На сайте написано: «Кондитер работает лично». Но если начну сама прыгать у духовки, то как мне успеть со всеми клиентами справиться? Поэтому работают ребята, которых я сама выучила. И академик доверит операцию хирургу, которого вырастил. И у художника есть подмастерья.

– За балерину никто не спляшет, – скептически заметил Сеня, – за акробата сальто не скрутить.

– Поэтому они уходят на пенсию, когда им едва сорок исполняется, – не дрогнула Марина. – А кондитеры и художники и в сто лет работать могут.

– Мы можем выяснить что-нибудь про ту историю с кулебякой? – поинтересовалась Марина.

– Ну… – протянул Дракон, – мне в архив не влезть! И там точно не все оцифровано.

– Кузя легко с таким заданием справляется, – заметила Марина.

Дракон смутился.

– Я сразу предупредил, что не умею работать, как он. Кузя – интернет-гений, а я только начинаю. Ни опыта, ни знаний пока особо нет.

Марина встала.

– Предлагаю перекусить!

– Отличная идея! – обрадовался Дракон. – Если только вы не меня за глупость и плохую работу на ужин слопать решили.

– Повкуснее чего найдем! – рассмеялась жена полковника.

Тут в офис всунулась голова Нины.

– Простите, помешала. К нам пришла тетка, собирается подать на Дарью в суд.

– Первое апреля давно миновало, – поморщилась я. – Кто она такая?

– Соседка, – коротко ответила Нина, – живет в доме за синим забором – соседний с нами участок справа.

– За все время обитания в Ложкино видела женщину издали раза два, ну три. Что ей надо? – удивилась я.

– Можно впустить тетку? – осведомилась домработница. – Она серьезно настроена. Хочет вызвать полицию!

– Зови, – коротко ответила я.

Вскоре перед нами в офисе возникла дама, которая, забыв поздороваться, заявила:

– За покушение на убийство – расстрел. Так и знайте.

– В последний раз высшая мера наказания применялась летом тысяча девятьсот девяносто шестого года, – сообщил Гу. – Расстреляли преступника, который убил одиннадцать детей.