Книга Ведьма на стриме. Средневековый расклад, страница 4 – Анетта Невская

Когда он вернулся, Мария снова поинтересовалась:

— Дедуль, с памятью у меня совсем плохо, в детстве мать много раз роняла. Не подскажете, какой сейчас месяц?

Дед усмехнулся, еще раз оглядев девушку с явным сочувствием:

— Априлис на дворе, внучка.

— Понятно. А год какой? — услышав незнакомое название месяца, Маша постаралась говорить, как можно непринужденнее.

Дед поцокал языком, поняв, что у девушки совсем плохо с головой. Но все же ответил на ее вопрос:

— Тысяча двести тридцать пятый от рождества Валфрика.

— Точно! И как я могла забыть? — Мария стукнула себя ладонью по лбу.

Понятно, что совсем ничего не понятно. Она чувствовала себя по — настоящему сумасшедшей. Все было не так. Странная деревня, непонятное летоисчисление, такое впечатление, что она не только в прошлом, но и совершенно не в своей реальности.

— Дедуль, а на чем можно добраться до ближайшего города? — этот вопрос не должен был вызвать недоумения, но даст представление о транспорте в этой местности.

Старик хрипло рассмеялся:

— С торговцами в обозе, если пара мелких монет завалялась. Или на своих двоих. За полтора дня дойдешь, если вурдалаки дикие не сожрут по пути.

— Кто сожрет? — Маше стало совсем не по себе.

— Вурдалаки, говорю. Кровососы, — дед оскалился почти беззубой челюстью, изображая нечисть.

— Ага, — проговорила Мария. — Спасибо, дедуль. И за воду спасибо.

Она развернулась и под внимательным взглядом пожилого человека поплелась в сторону ворот.

Налево пойдешь, сожрут вурдалаки.

Направо пойдешь, сожрут вурдалаки.

Прямо пойдешь, все равно сожрут.

Средневековая народная присказка

Мария шла уже около трех часов. Она жутко устала и хотела есть. Если бы сейчас ей попался кровосос, неизвестно кому не повезло бы больше, такая она была голодная.

Обоз торговцев так и не появился. Или старик набрехал, или сегодня не торговый день. Решив вернуться в деревню, она поплелась обратно через поле.

Носки выглядели не лучшим образом: на них налипли репейники и грязь, но босиком идти было бы гораздо больнее. Маше подумалось, что надо было бы выпросить хоть какие — нибудь лапти из бересты. Или что там нынче в моде в альтернативном средневековье?

Мария зашла за ворота и начала осматривать избы, выбирая ту, что выглядела посолидней. Если вообще так можно сказать о развалюхах. Понятно, что знакомый дед не в состоянии накормить и одеть ее, так как сам еле держится. Да и нужна ли она ему, больная на всю голову? Вдруг еще чего натворит?

Поэтому Маша не стала стучаться в дом к деду, а выбрала хату, где двери и ставни сохранили следы цветной краски. По всему выходило, что люди здесь жили получше, чем старик, дом которого отродясь не знал побелки. Но надежды Марии не оправдались: хозяева не оценили прекрасную незнакомку по достоинству и просто не открыли ей дверь. Пришлось стучаться в следующий дом.

Там ей повезло больше. На крыльце появилась женщина средних лет. С любопытством оглядев пришлую девицу, она закинула кухонное полотенце себе на плечо.

— Из бродячего цирка я, здрасьте, — опередила все вопросы Маша. — Мне бы поесть и что — нибудь из одежды и обуви. А я могу дать взамен это.

Она сняла с уха небольшую золотую сережку, украшенную фианитами. Не такая уж ценность, тем более что сейчас для Маши было гораздо важнее не умереть с голоду и как-то пристроиться среди местных.