Книга Гордость, предубеждение и демон, страница 51 – Вениамин Шер, Лия Шерская

Проснулись мы с утра, девушка умылась и проводила Жеку. А пока она ещё сонная, передала мне управление телом на часок. А сама, сознанием, решила подремать. Но нет-нет, да глянет, как я играю в «Симс»!

— Ац-ц-тань, женщина! Трудности закаляют характер! Даже для цифровых персонажей! — улыбаясь, сказал я вслух голосом Маруси.

— Ты и правда демон! Лишь бы кого помучить… Даже цифровых персонажей, — недовольно проговорила она. — У тебя, кстати, пятнадцать минут на это! И так сорок минут сквозь дрёму терплю твои бестолковые «ремонты» в игре.

— Мне и пятнадцати минут хватит! — облизнулся я, увидев прикольные обои, которые подойдут в спальню на второмэтаже.

Вот уже неделю после тех событий в кафе мы с моим добродушным носителем живём почти душа в душу. На следующий день после той пьянки мы почти все воскресенье проговорили, общаясь мысленно. Потому как Евгений болел с похмелья, и тело Маруси тоже. Поэтому во время рекламы в телевизоре мы приноровились перекидываться словами. Так и общаемся по сей день.

Она строго запретила мне блуждать по ночам и нервировать Евгения, но взамен разрешила играть в «Симс» днём, когда Жеки нет. Мне даже лучше, не надо шкериться ночью, как партизан.

Конечно, в будние дни об игре иногда можно забыть, Русина скучная работа тому причина. А Евгений, хоть и вышел на свою работу с отпуска, но работает посменно. Сегодня, кстати, суббота, а он трудится — какая благодать!

— Крондо! Всё! — недовольно сказала Маруся и силой перехватила управление телом. А я с досадой, но не сопротивляясь, отстранился.

— Поставь, пусть хоть посуду вымоют и поедят, — улыбнулся я.

— Поздно. Раньше надо было… — ответила она и, закрыв игру, включила ВК.

Потом встала и начала наливать себе молоко и опять готовить утреннюю овсяную бурду с ягодами. Мюсли называется. Я уже даже привык, и вкус вроде ничего. Но шашлык, который мы ели вчера вечером, все равно лучше!

У нас сегодня по плану скучная тренировка и ущербная репетиция без гитариста, Жеки. Поэтому Руся позавтракала и начала неспешно собираться на тренировку. Минимум макияжа и её типичный гардероб с бриджами «хаки», черным топиком и косухой, вполне располагало к неспешным сборам.

— Слушай, Крондо… А я усугубила свой грех? Ну, после всего, что я тебе позволила сделать… — задала вопрос девушка, неспешно прогуливаясь по оживлённой улице в сторону тренажёрного зала.

Вопрос прозвучал даже слегка внезапно, потому как её мысли на этот счёт я засек только в самый последний момент. Она, кстати, пока не в курсе, что я могу читать её мысли. Не хочу нервировать своего носителя.

— Конечно усугубила. Но не сильно. Убивал-то демон, — бодро ответил я на волнующий девушку вопрос.

— И что меня ждёт за это? В смысле… сколько лет и в каком кругу мне страдать? — ещё больше заволновалась она.

— Фу ты… мелочь какая… Помучаешься на втором, да на пятом кругу лет сто. И, как у вас говорится: «Гуляй, Вася!». Чего напряглась?

Когда я это спросил,девушка аж остановилась и с дрожью в голосе сказала:

— Ты с-серьёзно? Мне же двадцать один! И сто лет мучиться в аду⁈ — она была на грани паники.

— Так! Цыц! — прогудел я своим басом, а Руся, испугавшись моего голоса, застыла. Я тем временем продолжил: — Вот именно. Тебе только двадцать один год. Ты проживёшь долгую, счастливую жизнь и сможешь свести на нет любые грехи. В прочем, как и усугубить, конечно. Но я в тебя верю! — улыбнулся я.