Книга Роковой выстрел, страница 93 – Марина Серова

Вдали показалась лесополоса — стало быть, Екатерина держала путь туда в надежде затеряться в лесу, пусть даже и не очень густом. Так и есть! «Тойота» свернула в лес. Однако здесь особенно не попетляешь, Екатерина Леонидовна.

Я прибавила газу и помчалась по параллельной дорожке, даже и не дорожке, а тропинке. Мне удалось заблокировать «тойоту» Екатерины как раз в тот момент, когда она намеревалась уйти от погони. Екатерина резко затормозила и выскочила из машины. Но я уже была наготове.

В два прыжка я оказалась перед Екатериной и крепко схватила ее за руку.

— Вам не удастся скрыться от правосудия, Екатерина Леонидовна, — сказала я.

Я повела Екатерину к внедорожнику и, усадив на кресло рядом с собой, помчалась назад, к коттеджу, предварительно заблокировав дверцу салона.

Прошла неделя. За это время следствие по делу об убийстве Владимира Новоявленского и покушении на убийство Елизаветы Аркадьевны значительно продвинулось. Собственно, первый допрос Екатерины Новоявленской состоялся в тот же день, когда я привезла ее обратно в коттедж. Допрашивал вдову Владимир Кирьянов. Он попросил ее рассказать, как все произошло.

— Владимир сказал, что он знает о том, что я за его спиной кручу роман со своим тренером по теннису, — тихо проговорила Екатерина. — И еще он сказал, что разводится со мной. Я просила его не делать этого. Говорила, что я оступилась, поклялась, что больше этого не повторится. А Владимир… он был непреклонен. Я пыталась объяснить ему, что чувствовала себя очень одинокой, потому что он всегда был занят своим бизнесом, а я тоже человек и у меня есть свои мечты и желания. Я думала, что Владимир поймет меня, но он сказал, что он уже принял решение о разводе и ничто не сможет его поколебать. Тогда я… не знаю, что на меня нашло. Может быть, отчаяние, может, ярость. Но я схватила пистолет, который лежал там, на его столе, и наставила оружие на него. Я сказала, что застрелю его, если он разведется со мной. Владимир стал отбирать у меня пистолет, а я не отдавала. Мы с ним стали выхватывать оружие друг у друга из рук. И тогда прозвучал выстрел. Я даже не успела сообразить, кто из нас нажал на спусковой крючок: я или Владимир. Но он сразу же свалился, смерть наступила моментально. Ведь пуля пробила его висок. Да и выстрел был произведен с очень близкого расстояния. Я была в шоке, просто сначала ничего не могла сообразить. А когда пришла в себя, стала думать, что мне делать дальше. Я рассчитывала на то, что выстрела никто не услышал, потому что мы с Владимиром громко кричали друг на друга. Я не собиралась отправляться в тюрьму. Я просто стерла следы своих пальцев на рукоятке пистолета, потом вложила его в руку Владимира и после вышла из его кабинета. В коридоре никого не было, значит, меня никто не видел. Я могла назвать время ранее того момента, когда я вошла в кабинет мужа, если бы меня потом стали спрашивать об этом. Вот и все…

— Да нет, это еще далеко не все, Екатерина Леонидовна, — покачал головой Кирьянов. — Вас будут судить. А то, что вы сразу не признались и попытались скрыть преступление, послужит отягчающим обстоятельством при вынесении приговора.

— Но я же не хотела его убивать, все получилось случайно. В конце концов, пуля могла попасть в меня, а не во Владимира, — возразила Екатерина.