Книга Роковой выстрел, страница 79 – Марина Серова

— Нет, я так просто этого не оставлю! Это же просто… произвол какой-то! Я! Я являюсь единственной и законной наследницей! Я ни за что не смирюсь с этим чертовым завещанием! Оно… оно липовое, вот! Я буду биться, я буду сражаться за справедливость! И вы все еще у меня попляшете! Так и знайте!

— Катя, прошу тебя, умоляю, успокойся! — убеждала Светлана Николаевна свою обезумевшую от гнева племянницу.

— Екатерина Леонидовна, вы неправы, — вновь подал голос адвокат. — Существует завещание, оно подлинное, а не липовое, как вы только что изволили сказать. Этот документ составлен в соответствии с требованиями закона. Его содержание не подлежит никаким сомнениям в отношении законности, повторяю еще раз.

— А мне все равно! Мне на эту бумажку, которую вы называете завещанием, просто наплевать и растереть! — продолжала бушевать Екатерина.

— Прекрати, что ты себе позволяешь? — сказал Владислав, пытаясь привести Екатерину в чувство.

— Отстань! — со злостью выкрикнула вдова. — И заруби себе на носу: я все равно не смирюсь с этой бумажкой, повторяю еще раз. Ты рано празднуешь свою победу! Этому не бывать! Я пойду на все! Я непременно опротестую это завещание в суде, и его признают недействительным! Вот увидишь! Вы все увидите! Наследство будет поделено по справедливости!

— Послушай, ты меня уже достала своей наглостью и своими безобразными нападками на моего отца! — уже не сдержался Владислав. — Предупреждаю тебя: если ты еще раз хотя бы одним словом оскорбишь моего отца, если ты позволишь себе мерзкое высказывание в его адрес, тебе это так просто не сойдет с рук!

— Ах ты, сволочь!

Екатерина бросилась в сторону Владислава, но была перехвачена Светланой Николаевной.

— Катя! Ты что, совсем с ума сошла?!

Женщина крепко схватила свою племянницу за руку.

— Ты только делаешь себе хуже, — тихо сказала она.

— Владислав, простите ее. — Светлана Николаевна посмотрела на Владислава. — Она… Просто Катя очень сильно перенервничала, она ничего не имеет против вас, поверьте. Катя думала, что Владимир, как любящий супруг, позаботится о ней… как полагается, простите.

— Пусть она отсюда уйдет, — сказал Владислав, не глядя ни на Екатерину, ни на ее тетю.

— Сейчас мы уйдем, не беспокойтесь, — проговорила Светлана Николаевна. — И еще раз простите нас.

Екатерина со Светланой Николаевной быстро вышли из гостиной. Вслед за ними начали выходить собравшиеся родственники и гости.

— Таня, мы сейчас с Михаилом Яковлевичем пройдем в кабинет отца, он назовет мне конкретную сумму всего состояния, которое оставил мне отец, — сказал Владислав.

— Хорошо, Влад. Я буду ждать тебя наверху, — сказала я.

Я поднялась на второй этаж и вошла в отведенную нам с Владиславом комнату. Наверное, Владимир Кирьянов уже получил результаты экспертизы чашки, которую я взяла со столика в спальне Елизаветы Аркадьевны.

Я набрала Владимира:

— Володь, привет. Ну что? Эксперты что-нибудь выяснили по поводу того, какое вещество находилось в чашке бабушки Владислава? — спросила я.

— Да, Тань, только что. Я попросил их поторопиться, так что…

— Ну, что показал анализ, Володь? Говори уже, не томи, — поторопила я.

— Это большая доза сильного яда ороксицина, Тань, — ответил Кирьянов. — Его добавили в чай, и если бы вы не поторопились, то есть если бы еще промедлили и женщина не получила бы квалифицированную медицинскую помощь, то исход однозначно был бы летальный. Ну и здесь еще один нюанс есть — чай был сладкий.