Книга Роковой выстрел, страница 47 – Марина Серова

— Да, и на эту тему тоже, — кивнула Валентина. — Вы напрасно так злорадствуете. Владимир, естественно, не собирался кончать жизнь самоубийством…

В этом месте Валентина сделала красноречивую паузу.

— Однако мой бывший супруг был очень практичным и предприимчивым бизнесменом. И он прекрасно понимал, что собой представляют его родственники, которые безо всякого зазрения совести пользуются его деньгами и тут же называют его скупердяем. Да и своим третьим браком Владимир был, мягко говоря, весьма и весьма недоволен, — закончила женщина.

— Да что она себе позволяет?!

— Что она вообще говорит?!

Собравшиеся за столом возмущенно загудели, как рой потревоженных пчел.

— Не тебе об этом судить! Я, прежде всего я являюсь наследницей! — выкрикнула Екатерина.

— Владимир также говорил, что право быть его наследником еще необходимо заслужить. Потому что далеко не все отвечают его требованиям, которые он предъявлял к своим последователям, — не обращая внимания на реплики и выкрики Екатерины, продолжила Валентина.

— И какие же такие требования мой брат предъявлял к своим потенциальным наследникам? — язвительно поинтересовалась Виктория.

— Прежде всего, наследство, по мнению Владимира, должно достаться достойным людям. А вот среди своих родственников, к сожалению, Владимир не наблюдал таковых, — ответила Валентина.

— Ты что же, хочешь этим сказать, что являешься самой достойной наследницей? — спросила Виолетта.

— Вовсе нет. На самом деле я считаю, что у Владимира имеются наследники, достойные его состояния, которое он нажил своим трудом, — ответила Валентина.

— А-а, так ты считаешь, что Владимир мог обсуждать такие темы только с тобой? — насмешливо поинтересовалась Виктория. — Кроме тебя, у Владимира имелись родные, которые понимали его и поддерживали во всех его начинаниях.

— Уж не себя ли ты имеешь в виду? — прищурившись, спросила Виолетта.

— Да, дорогая, ты угадала, именно себя и своего супруга. Да, Владимир давал нам деньги. Иллариону — для того, чтобы мой муж был избавлен от материальных проблем в нелегком деле продвижения отечественной науки. Ну а мне — для того, чтобы я могла создать Иллариону достойные условия для занятия наукой, — ответила Виктория.

— Оно и видно, как твой Илларион продвигает науку: за последние несколько лет у «гения» нет даже ни одной научной публикации. Я уже молчу о каком-то значимом научном открытии, — парировала Виолетта.

— Да что ты понимаешь в науке, ты… ладно, не буду говорить вслух, кто ты есть. Публикации Иллариона имеются в международных журналах, и это неоспоримый факт. К твоему сведению, для того чтобы совершить научное открытие, необходимо время и упорный труд. Я знаю, что говорю. Я столько лет являюсь, не побоюсь этого слова, соратницей и сподвижницей выдающегося ученого. Вам же всем просто не дано это понять, у вас отсутствует и необходимое образование, и воспитание!

«Виктория на самом деле презирает людей, Владислав был совершенно прав, давая характеристику своей тетке», — подумала я.

Между тем старшая сестра Владимира Новоявленского принялась «обличать» уже не только Виолетту, но и всех остальных:

— Вот вы сейчас все здесь собрались — так называемые друзья Владимира, его компаньоны и другие присосавшиеся к нему в надежде урвать частичку от его щедрот! Но ведь вы ни черта не понимаете в науке, потому что вы необразованны и неотесанны. Вкусно есть и сладко спать — вот и все, на что вы способны! Это предел ваших мечтаний!