Книга Заплати за любовь, страница 98 – Екатерина Ромеро

Не потому, что я заставил. Она сказала, что сама так захотела, а у меня в груди что-то скребет, и знаю я, что идиот, знаю. И что времени столько потеряли, тоже знаю.

Как правду узнал, захотелось Соньке башку открутить. Приперлась тогда она к Нютке, зараза, наплела ей с три короба, а девочка моя из-за стресса ребенка тут же потеряла. Нисколько не сомневаюсь теперь в том, что именно это стало причиной выкидыша, последней каплей, Фиалка разволновалась тогда, и вот он – результат.

А ведь все могло быть иначе, я должен был тогда быть с Нютой, уберечь от этого, но время не вернуть назад.

Когда Нютку увидел там, на дороге, и несущийся на нее мерс, понял, что выбора нет. Ее жизнь, конечно же, дороже моей, и мне не было страшно. За любую другую хрен бы я так сделал, а за Фиалку не колебался даже, оттолкнул, и самому влетело, но я радовался, правда. Я радовался, потому что успел увидеть, что Нюта цела, и этого хватило.

Каждый должен отвечать за свои ошибки, и, пожалуй, я тоже должен был заплатить за свою любовь к ней.

Свою цену, возможно, слишком мизерную, но мне и правда нечего больше ей дать.

Сонька, кстати, тоже заплатила, хоть и заочно. Недавно я узнал, что эта меркантильная тварь выскочила замуж за какого-то афериста, который оставил ее с голой жопой и страшными долгами на улице. Сонька обнищала и была вынуждена опуститься на дно.

Жаль ли мне ее? Нет. Нисколько. Она, получается, двоих детей моих убила. Одного своими руками, когда на аборт пошла, не сказав мне ни слова,а второго своим враньем, черным языком, спровоцировав выкидыш.

Я знаю, что не отмотать уже ничего, и жалею, что столько времени потратил на эту безмозглую дуру.

У меня же теперь своя семья, жена и дочь маленькая. Да, пусть пока Мирося папой меня не зовет, но мне и так нормально. Викинг я для нее – так же, как и Нютка меня порой называет. Сначала я бесился от этого, а теперь самому даже нравится. Не зря, видать, “Ярл” создал, и есть что-то северное в моей светлой бороде.

***

Наша первая ночь дома проходит спокойно. Медленно, не спеша разбираем вещи, я замечаю, что здесь особо ничего не изменилось, даже мои книжки лежат там же, где я их и оставила.

Здесь не было никаких женщин, по крайней мере, ни одного признака, и это меня радует. Не то чтобы я Вадима ревновала, хотя, по-честному, конечно, да.

– Никого здесь не было. Можешь не проверять.

– Я не…

– Я был верен тебе. Своей жене. Ждал тебя, Нюта, – сердечно говорит Вадим и подходит ко мне.

– А если бы не два, а десять лет прошло?

– Ждал бы столько, сколько было нужно.

– Немного пафосно звучит, не находишь?

– Возможно, зато честно. Я так скучал по тебе, Нютка. Знала бы ты.

– Я знаю… потому что тоже скучала.

Вадим приобнимает меня, и мы соприкасаемся носами, так нежно, осторожно, трепетно.

Не знаю, в какой момент объятия переходят в поцелуи. И да, нам можно, мы ведь женаты, но времени много прошло, да и отголоски прошлого не дают расслабиться.

– Я люблю тебя, Нюта.

Вадим отстраняется и смотрит на меня. Серьезно, без капли фальши.

– Я люблю тебя тоже, Вадим.

– А меня?

Мирося подбегает в пижаме с жирафами. Втискивается между нами.

– И тебя, малышка. Тебя особенно любим.

Вадим подхватывает дочь, и мы вместе укладываем ее спать.

– Спокойной ночи, моя маленькая дочь викинга.