Книга Скрипачка и вор, страница 107 – Анастейша Ли

Музыка оглушала, но я все же решился сделать шаг к танцполу, как вдруг врезался в кого-то. Передо мной стояла белокурая девушка в коротком платье, расшитом пайетками.

— Осторожно! — буркнула она, пытаясь перекричать грохочущие ритмы.

— Извините! — прокричал я в ответ.

Неожиданно она сменила тон:

— Что за печаль у вас в глазах? Девушка бросила? — в ее голосе прозвучало что-то вроде игривости.

— Нет, друга потерял! — ответил я, чувствуя, как горечь снова подступает к горлу.

— О, мне жаль! — искренне произнесла она. Я лишь кивнул в ответ, не в силах говорить. — Меня Катя зовут!

— Милош! — представился я, надеясь, что она поймет, что сейчас мне не до знакомств.

— Значит… все-таки девушка есть? — не унималась новая знакомая, Катя.

Я кивнул в ответ, стараясь не углубляться в разговор.

— Очень жаль, я уже думала познакомиться с таким очаровательным парнем, уталить его скорбь, — с легкой иронией произнесла она, собираясь уйти.

В этот момент я слегка перехватил ее руку и, наклонившись ближе, прошептал на ухо:

— Мы можем просто потанцевать?

Катя тут же засмеялась, и, не дожидаясь ответа, повела меня на танцпол. Музыка гремела, и я пытался забыть о своих заботах, погружаясь в ритм.

Но вдруг, отдаленно, я заметил парня, который резко одернул телефон, похоже, он фотографировал нас. Я насторожился. Что здесь происходит? Почему он так внимательно следит за нами?

Катя, не замечая моего смущения, продолжала танцевать, и я, стараясь сосредоточиться на моменте, пытался не думать о том, что может произойти дальше. Может быть у меня всего лишь разыгралось воображение и этот парень просто фотографирует общую тусовку или свою девушку в танце.

Музыка пульсировала в воздухе, и мы с Катей двигались в унисон. Я чувствовал ее тепло, приобнимая за талию. Легкое головокружение от выпитого коктейля пыталось сбить меня с толку, но я старался не терять контроль. Внезапно Катя придвинулась ближе, обвила мою шею руками и продолжила танцевать, покачивая бедрами в такт музыке. Этот момент казался каким-то особенно интимным, словно мы были одни в этом клубе.

После пары танцев вдвоем мы выбежали из клуба, запыханные. Музыка осталась позади, а впереди — прохладный ночной воздух.

— Как же жарко, — сквозь смех произнеслаКатя, поправляя выбившуюся прядь волос.

— Да уж, надеюсь, моя девушка не узнает, что я танцевал с другой, иначе мне конец, — пробормотал я, чувствуя, как в животе зарождается неприятное беспокойство.

— Не узнает, — подбодрила меня Катя, лукаво улыбаясь. В ее глазах плясали озорные искорки, и я невольно засомневался, стоит ли ей так доверять.

— Да нет, спасибо! Я живу недалеко. Пока, — сказала она и, помахав на прощание, направилась к жилым домам. Я лишь кивнул в ответ, чувствуя, как лёгкая грусть накрывает меня.

Тяжело опустился на ступеньку у клуба, достал сигарету. Нужен был перерыв, хоть небольшая передышка. В голове все еще роились обрывки трагических сцен, кадры сегодняшнего вечера, которые хотелось поскорее забыть. Вдруг вспомнил о письме, скомканном в кармане.

Выудил его, развернул дрожащими пальцами. Буквы на помятой бумаге словно задышали, наполняя и без того мрачный вечер еще большей скорбью. Каждое слово отзывалось болью в груди, и я провалился в пучину воспоминаний, отгородившись от гула и света вокруг. Время замерло. Я словно оказался внутри этого письма, в мире, где Тим еще был жив, хотя знал, что его больше нет.