Книга Не приближайся!, страница 47 – Лилия Левицкая

Я упорно молчу. И пусть он думает, что хочет. Пусть считает меня дурой, трусихой, кем угодно. Главное, чтобы он не узнал правду. Правду о причине драки, о Матвее. Правду о том, какая я на самом деле…

Я рассеянно киваю Лейле, не в силах разделить её оптимизм.

— А что тебе даже идет эта прическа, — прозвучала как насмешка, учитывая, каким образом я этой прически лишилась.

— Вот ненормальная Лиза — пробурчала Марина, закатив глаза. Я была благодарна хоть за такую поддержку. После ночной "стрижки" от Лизы волосы пришлось подровнять. Теперь вместо роскошных прядей ниже пояса остались волосы чуть ниже плеч. Жалкое подобие того, что было.

Разборки в школе сегодня были знатными. На ковер вызвали обеих мам. Мама Лизы с пеной у рта требовала справедливости за "разбитую голову её драгоценной доченьки". Я, конечно, признавала свою вину в том, что толкнула Лизу. Но и та, по правде говоря, сама напрашивалась. Заслужила. Но легче от этого не становилось.

— Ладно, волосы отрастут, — мысленно повторила фразу, как мантру. Но на душе скребли кошки. Испорченный отдых, позор перед всем классом, недовольство мамы…

Расстроенная, после мучительных уроков, плелась к автобусной остановке. Шла медленно. Хотелось просто добраться домой, зарыться под одеяло и забыть обо всем.

На остановке никого не было.

Мое внимание привлекают трое парней, которые подходят ко мне.

Один из них, с короткими волосами и в ярком спортивном костюме, первым выходит на шаг вперёд. Его уверенная осанка и насмешливый взгляд вызывает у меня тревогу.

— Эй, малышка, ты здесь одна? — спрашивает он с ухмылкой, остановившись прямо передо мной.

Я пытаюсь игнорировать их, но другой парень, с пирсингами, подходит ближе и спрашивает:

— Ты Мира?

— Да.

— Лизку знаешь?

— Знаю, — отвечаю я, немного растерянно.

— Слышь, ты, крыса! Лиза сказала, чтобы ты к её парню подкатываешь? Советую тебе забыть о нем! А то сама понимаешь… Это тебе предупреждение, — парень с пирсингами, подходит ближе и толкает меня.

— Ты услышала нас? — второй парень тоже грубо меня толкает к своему приятелю. Другой снова толкает меня к нему, Меня толкают как куклу, падаю, ударяюсь коленом об асфальт. Резкая боль.

Я отступаю назад.

— Отойдите от меня! Убирайтесь! — кричу, пытаясь вырваться, но они меня ловят

— Ой, смотри, какая дерзкая, — раздался дружный смех парней. Один из них вырывает мой рюкзак.

— Куда же ты? — говорит он, ухмыляясь. — Мы ещё не наигрались.

— Рукиубери, придурок! — вырываюсь, но он держит крепко. Двое других ржут. Мне становится по-настоящему страшно. Один из них начинает шарить руками по моей сумке, вытаскивает ключи.

— Опачки! Что тут у нас? — говорит он, звеня ключами перед моим лицом.

— Отдай! — кричу, пытаясь их выхватить, но он отбрасывает ключи в сторону. Они звенят и пропадают в темноте канализационного люка. Это же единственные ключи от дома! Мама сказала что будет с тетей Ниной на даче, телефон сел…

В глазах темнеет от отчаяния.

Резкий рёв мотора разрезает тишину. Поднимаю голову — Матвей. Слезает с мотоцикла, взгляд жесткий, кулаки сжаты. В глазах — холодный огонь. Сердце колотится как бешеное.

— Эй! Уберите от неё руки! — рычит Матвей.

Эти отморозки оборачиваются. Матвей подходит быстро, резко. Один из них, с пирсингом, делает шаг навстречу.