Книга Шпионский маршрут, страница 57 – Александр Тамоников

— Ваша доля, товарищ лейтенант, — вполголоса сказал старшина, протягивая Ватагину гранатную сумку, ППШ и сменный диск в брезентовом подсумке. — Машинка надежная, но все же прицел чуть правее берите.

Николай закинул автомат за спину и стал вешать на ремень остальное снаряжение. Пока он возился, старшина чуть толкнул его в плечо и протянул дополнительную обойму к ТТ.

— С таким арсеналом можно до самого Берлина топать, — усмехнулся Ватагин.

— Хорошо бы, если так, — отозвался Лосев.

Мимо чуть слышно прошел Севчук. Подошел к капитану, доложил, потом отошел к машине, положил на капот автомат, поправил ремень, попрыгал.

— Становись, — послышался голос Шадрина. — Слушай боевую задачу. Выдвигаемся в Кратово, оттуда скрытно выходим к деревне Марь. Задача — обнаружить и задержать вражескую агентуру. Особое внимание при задержании лейтенанта Подрезова. Его нужно взять живым во что бы то ни стало. Мужики! Этот нужен живой, любой ценой взять живым. По машинам.

Колонна тронулась по дороге. И когда подъехали к кратовскому КПП, было уже за полночь. Ватагин ехал с Севчуком, Лосевым, Егоровым и Береговым в кузове.

— А зачем потом ехать в Марь? — спросил Севчука Ватагин. — Связисты ведь стоят в Кратово.

— Стоят, все верно, — кивнул Севчук, — но когда мне назвали номер машины, на которой к нам приезжали связисты, оказалось, что она с вечера ушла в эту самую Марь.

— И Подрезов вместе с ней? — усомнился Ватагин.

— А эта машина к его взводу приписана. В Марь выехал лейтенант Подрезов на приданом ему автомобиле с водителем рядовым Аббасовым. Аббасов — рядовой этой роты, служит в ней уже год.

— И что им в этой Мари понадобилось, — огрызнулся Ватагин, припомнив по памяти, где вообще эта Марь была расположена на карте. — Это же в стороне от дороги. Может, он решил уходить?

— Не думаю, — возразил Севчук. — Подрезов этот характеризуется как очень деятельный офицер. Уже получил благодарность от командования. Исполнительный, аккуратный.

— А вдруг это на самом деле Подрезов? — начал было сомневаться Ватагин.

— Вот мы и посмотрим, — ответил Севчук. — Отпустить его мы всегда успеем. А вот упустить… Да и что ты теряешься, Николай? Ты все так внимательно разложил, даже фотографию его достал. Да если мы его в городе живого предъявим, хоть в комендатуре, хоть квартирной хозяйке, у которой он наверняка останавливался…

— Это будет уже серьезно, — закончил Ватагин.

— Да и потом, — продолжал Севчук. — Остальные фигуранты из твоего списка нами пока не найдены. Тот же самый Рогань, который никуда не приехал, может, он сейчас в этой самой Мари.

— Спасибо, Ваня, — кивнул Ватагин. — Ты на самом деле меня здорово подбодрил. У меня с институтских экзаменов такая ахиллесова пята — просчитаешь все, а потом начинаешь сомневаться.

— Обращайся, если опять засомневаешься, — усмехнулся Севчук. — Но в нашей работе сомнения тоже должны иметь место. Они делают человека внимательнее и въедливее. Всяк человек бывает схож с коробкой с двойным дном, я это еще с детдома понял.

— Да ты философ, — сказал Ватагин.

— Может, когда и стану, — тихо ответил Севчук. — Очень уж мне интересно, зачем на свете живет человек. Вот, скажем, раньше в Бога верить заставляли, потом его отменили. А все же что-то такое над человеком есть. Осталось что-то, должно быть, иначе не было бы в нашей жизни все так сложно.