Книга Афганский рубеж, страница 56 – Михаил Дорин

— Может, чаю? — спросил Карим.

Батыров кивнул и пошёл к столику посередине палатки. Пока Сабитович наливал чай, я прибавил громкость на динамике.

— Сань, да ну его этот эфир. Нас комэска и поставил в ПСО, чтобы мы не мешались, — сказал Димон, достав нож и консервы из белой коробки сухого пайка.

— Правильно. Где работы меньше. Не рвисьв бой, — поддержал его Карим.

Как бы я хотел, чтобы аппарат ГГС для вызова с командного пункта работал, только когда проверяют связь.

— 118й, наблюдаю! Слева… работают, — прозвучал громкий голос из динамика прослушивания эфира.

— Не могу уйти. Не слушается! — кричал в эфир кто-то ещё.

— Горишь! Прыгай!

— Катапультируюсь! — разорвал динамик крик одного из лётчиков.

И снова тишина. Пошли доклады от другого лётчика с позывным 118. Тон голоса растерянный. Пока он не понимает, что ему делать в этот момент.

— Да я не пойму, где он! Самолёт в гору врезался. Парашют вижу… вон он! Район… сейчас… севернее 10 километров Махмудраки.

Всё понятно. Это район работы нашей эскадрильи. Дежурство по ПСО на нас. Других бортов в воздухе нет.

Я развернулся и быстро пошёл к ящику. Надел на голову защитный шлем, перекинул через плечо автомат, а с кровати взял картодержатель и наколенный планшет. И всё это я делал при широко открытых глазах Батырова. Он так и застыл над банкой со своей открывашкой.

Карим тоже не мог понять, что происходит. В одной руке кружка, в другой — термос. И смотрят на меня коллеги не моргая.

Сабитович очнулся первым, тоже взял снаряжение и выбежал из палатки.

— Чего смотришь? На вертолёт пошли, — сказал я Димону, пока тот пытался очухаться.

— Так… вызова ещё не было? Прикрытия нет, — неуверенно сказал Батыров, сглотнув ком в горле.

Я махнул рукой и пошёл к вертолёту. Пока Батыров надумает и получит указание, мы уже с Каримом запустимся. Но не тут-то было! Только я вышел из палатки, как из неё послышался шум.

— Может и, правда, нас вызовут, — догнал меня Батыров и трусцой побежал к вертолёту.

Электропитание было подано на борт. Машина АПА рядом и уже дымила выхлопными газами.

— Окаб, 207й запуск, — запросил Батыров, но в ответ тишина.

— 207й, на вас задачи нет, — неуверенно ответил руководитель полётами.

— Окаб, 207й мы запустимся, и будем ждать команды, — продолжил говорить Димон.

— 207й, нет команды. Куда вы собрались?

Что за организация⁈ Вот так надо спасти кого-нибудь, а за тобой не прилетят.

— 207й, вы на связи? — через секунду прозвучал в наушниках голос руководителя полётами.

— Конечно. Готовы запускаться! — ответил Димон и получил разрешение.

А так бы ждали команды и время бы теряли!Чем раньше мы вылетим, тем больше шансов на спасение у катапультировавшегося лётчика.

— Район падения — населённый пункт Махмудраки. Координаты 35°05' и 69°30. В экипаже один человек. Уточнит район поиска ведущий группы «весёлых». Позывной 118й. Как приняли? — передали нам информацию.

Двигатели запущены, винты раскрутились. Димон слегка вырулил вперёд, чтобы не зацепить на взлёте караульную вышку позади нас.

— Окаб, группы эвакуации нет. Борт прикрытия будет? — сказал он в эфир.

— Сейчас будем искать, — потерянно произнёс руководитель полётами.

Не его это задача, искать эти группы. Надо взлетать немедленно. Кто его знает, что там с лётчиком.

— Командир, надо взлетать. Каждая минута на счету, — сказал я по внутренней связи.