Книга Афганский рубеж 3, страница 26 – Михаил Дорин

Отлично! Вечер у меня на сегодня забит! Полётов нет, Баев пока ещё нас не трогает. Так что пора пойти и… чай попить.

Вернувшись в палатку, я обнаружил опечаленного Марата Сергеевича и потерянного Кислицына. Ну я и не ожидал другого результата «собрания».

— Засранец! Взял и вылил всё. Говорит, что сухой закон в эскадрилье, — проворчал начмед.

— Сколько добра вылил⁈ Ещё и забрал консервы у нас. Жмот! Короче, собрание провалилось, — махнул Кислицын.

Оказывается, Кузьма Иванович не собирался пить. Взял только пару консервов и… объявил выговор Кислицыну за нарушение формы одежды.

— С ходу начал работать Баев. Ещё сказал, что сегодня вечером состоится постановка задач на завтра и послезавтра. Раздал вопросы к общей подготовке и сказал её с марта восстановить, — ворчал Бага.

— Вот надо было ему ещё добавить в Джелалабаде. Пожать быруку тому, кто приложился по лицу нашего Баева, — поддержал друга Мага.

К вечеру, когда солнце ещё не село, мы расселись в классе постановки задач на КДП. Такого давно не случалось, чтобы перед очередным рабочим днём нас собирали в этом кабинете.

Баев, не узнавая как и кого зовут, с ходу начал зачитывать постановку задач. Будто под микрофон!

— Меры безопасности: тщательный приём авиатехники… — дошёл до очередного пункта Кузьма Иванович.

Половина стала засыпать, пока Баев читал. Только после окончания, все вдохнули полной грудью. А потом снова погрузились в уныние.

— Три часа сидим. За окном темно, а он только решил контроль готовности проводить, — возмущался шёпотом Кеша, когда к доске вышел один из лётчиков-операторов.

Ему было указание нарисовать схему сил и уравнение движения. Пока Баев продолжал выжимать все последние соки, в кабинете появился товарищ Турин. Вячеслав Иосифович просто сел за переднюю парту и ждал, когда освободится Кузьма Иванович.

Прошло минут десять, прежде чем Баев заметил особиста.

— Вы к кому-то конкретно? — спросил Кузьма Иванович.

— Да. Мне нужен лейтенант Клюковкин.

Кто же откажет особисту в подобной просьбе? Да я бы и сам лучше сходил бы к нему на допрос, чем битый час слушать одно и то же.

— Чему вас учили? Что это за ответ? Как вы к полётам готовились! — продолжил свою речь Баев, когда я вышел из кабинета с Туриным.

— Вижу, что вы даже рады моему появлению, — улыбнулся Вячеслав Иосифович.

— У Кузьмы Ивановича иной подход к подготовке личного состава к полётам. И кстати, что за срочность такая?

Мы вышли на улицу, где уже солнце сменилось яркими звёздами и начинающейся луной. На стоянке был громкий гул.

Мы с майором подошли к гудящему самолёту. Рядом уже столпились люди, но одеты они были в гражданку. Сам же самолёт был не чем иным, как Ан-22. В нём перевезти можно что угодно.

Начала открываться рампа. Постепенно взору предстал груз, который привезли в Баграм.

— Ещё налюбуетесь. С ним предстоит много работы, но это будущее, — подошёл к нам Максим Евгеньевич.

Следом появился и Виталий Иванович, а груз из «Антея» постепенно начали выгружать. На душе было очень трепетно.

— Здравствуй, дорогой! — прошептал я.

Не думал, что так рано увижу в этой реальности вертолёт Ми-28.

В кабине вертолёта Ми-28НМ оборвалась моя жизнь. И сейчас я становлюсь свидетелем фактически рождения этого произведения инженерной мысли.

В прошлом у Ми-28 была трудная судьба. Он создавался очень долго, а на вооружение и в войска пошёл только в начале 21 века. Судя по тому, что 28й уже в Афганистане готовится проходить испытания в боевой обстановке, история круто меняется.