Книга Африканский рубеж, страница 13 – Михаил Дорин

Утро в Джелалабаде всегда было одинаковым. Сперва резкий, пронзительный рассвет из-за гор безжалостно бивший по глазам. Потом привычный гул двигателей машин. А затем и рёв силовых установок самолётов и вертолётов, запускающихся на стоянке.

Я выкарабкался из своего двухъярусного койко-места с ощущением, будто меня всю ночь протащили по местным серпантинам.

Иного состояния в 4 утра и быть не могло.

— Доброе утро, страна! Саныч, ты уже встал? — громко сказал Кеша, который вернулся с утренней зарядки.

— Да вот, собираюсь. И кстати, «добрым» утро редко бывает, дружище. Ты в очередной раз решил похудеть? — спросил я.

Кеша в этот момент втянул округлыйживот и встал перед зеркалом. Его лицо, как обычно, выражало смесь лёгкой растерянности и какой-то детской непосредственности.

— К пляжному сезону готовишься?

— Я обещал Лене, что у меня к концу командировки будут кубики. Пока что только один.

— И видимо, очень секретный, — слегка щёлкнул я Кешу по пузу и пошёл умываться.

— Кеша, да ну тебя с твоим спортом, — отмахнулся Валера, переворачиваясь на другой бок.

Сегодня был назначен вылет на «свободную охоту» в район границы и далее до Ассадабада. После постановки задачи от командира, мы вышли из здания командно-диспетчерского пункта в направлении стоянки. Сегодня у нас другой ведомый экипаж, который уже ждал нас рядом с Ми-24.

Утреннее солнце слепило в глаза. В воздухе чувствовалось, как он скоро прогреется до невыносимой температуры. Аэродром с первыми вылетами совсем проснулся. Где-то далеко работали двигатели, но основная жизнь только-только начиналась.

Мы направились к стоянке как всегда обмениваясь парой колких замечаний. Настроение было рабочим, но с приятным привкусом новости о возможном звании. Чеки, эти бумажки, которые мы вчера так обсуждали, казались теперь не такими уж и важными.

— Саныч, ну ведь за Героя ещё прибавку дадут к зарплате. Статус и всё такое.

— Кеша, хорош. Как дадут, так и будем считать «плюшки». Пока мы с тобой только задачи получаем.

— И пи…

— Без подробностей, — прервал я Иннокентия, но тут же сам остановился.

В этот момент хотелось сматериться самому.

— Сан Саныч, ты это видишь? — прошептал Кеша, остановившись как вкопанный.

Я ничего не сказал, но за меня кое-кто ответил. Тут же раздался характерный, ревущий звук. Он приближался, становясь всё громче и громче. Земля под ногами начала дрожать.

— Это же… — начал Кеша, но не успел договорить.

На полосу, с явным превышением скорости сел Ан-24. Он не просто выполнил перелёт и не выдержал направление.

Словно гигантский железный монстр, он пронёсся вдоль края полосы, где была организована стоянка нескольких Ми-8. В этот момент, когда он проехал первый вертолёт, раздался оглушительный скрежет, треск и грохот. Я видел, как правым крылом Ан-24 буквально смазал по хвостовой балке нескольких вертолётов.

Самолёт, пробежав ещё метров сто, неуклюже начал уходить в сторону, попутно зацепив ещё парувертолётов на отходе. При этом оставил за собой облако пыли и начал тормозить, скрежеща металлом. Несколько вертолётов, стоявших ещё дальше, от неожиданности и от столкновения с обломками, тоже оказались в плачевном состоянии. Один Ми-24, стоявший неподалёку, был покорёжен в хвосте, а лопасти его винта упёрлись в землю.

Техсостав, который ещё секунду назад пытался оценить повреждения, теперь метался как обезумевший. Кто-то кричал, кто-то пытался добраться до лётчиков Ан-24, кто-то уже начал осматривать оставшуюся технику, словно боялся, что она сейчас тоже развалится.