Книга Африканский рубеж, страница 110 – Михаил Дорин

— Можете прочитать. Она за вас переживает, — сказал Римаков и отошёл в сторону.

Я раскрыл письмо и прочитал. Эти строки Тося писала на имя Казанова, но ему это письмо никогда бы не дошло. Антонина пишет,что ищет меня уже больше месяца. Мол сначала я был объявлен погибшим, но потом что-то поменялось, и теперь я пропал без вести.

Моего тела не нашли, но ей отдали мой жетон и личные вещи из Афганистана. Информации нет, и она просит помочь с поисками.

— «Из квартиры меня не выселяют. Она по-прежнему за Сашей. Но его никто не может найти. Уже даже капитан Петров, которого представили к награждению орденом Ленина, прибыл в часть и тоже ищет своего товарища и командира…» — прочитал я.

Дальше Тося ещё несколько раз просит помочь и сообщает, где и как меня искала. Даже ездила в Ташкент и Кабул.

Закончив читать, я медленно сложил письмо и убрал в конверт. На душе было тепло и одновременно грустно, что Тосе приходится мучиться в неведении. Да и Кеша тоже не сидит на месте.

— Ваша девушка — уникальный человек, — сказал Римаков, когда я отдал ему конверт.

— Да. Она меня и «с того света» найдёт, — ответил я.

Максим Евгеньевич убрал письмо и пожал мне руку.

— Немного осталось, Саш. Выполни задачу и езжай домой. Тебя там уже ждут, — сказал Римаков и ушёл к вертолёту.

Он сделал несколько шагов и повернулся.

— Кстати, Виталик оставил вам подарок. Я скажу, чтобы его забрали и сегодня же вам передали. Он вам завтра пригодится, — подмигнул Римаков.

— Какой ещё подарок?

К вечеру на технике основные приготовления к завтрашней «работе» были завершены. От группы Грифа и Гири уже и след простыл. Выдвижение бойцов никто и не видел.

Лично мне Кирилл указал на карте район, где они разместятся и будут ждать колонну. Основная проблема была ещё в том, что мы точно не знали в какой машине будет Кроу. Так что и этот момент нужно учитывать.

Разобрать задачу было решено перед самым отдыхом. Все штурманские расчёты были проведены, а экипажи определены. На задание я решил лететь в паре с Маратом Резиным. Оператором со мной должен будет полететь уже летавший в моём экипаже Беслан Аркаев.

В палатке, где мы собрались, обстановка была спокойной и рабочей. Чего не скажешь о воздухе, который был тяжёлым и так и намекал занять горизонтальное положение. Пахло внутри нагретым за день брезентом, мокрой от пота одеждой и дымом от костра, которые продолжали жечь снаружи люди генерала Байкуде.

В центре, над грубо сколоченным столом, висела единственная тусклая лампочка. Вокруг неё уже бились в беззвучном танце ночные мотыльки. Скачущие тени от «живности» падали на разложенную полётную карту и напряжённые лица моих подчинённых.

Я вкратце довёл задачу на завтрашнее утро. И меньше напряжения на лицах ребят не стало.

— Сан Саныч, как бы, задача не сложная, но есть нюанс. Исполнять роль истребителей не совсем характерно для наших «шмелей», — начал размышлять Резин.

Я стоял во главе стола, держа в руках карандаш вместо указки. В замкнутом пространстве палатки не нужно было повышать голос. Он и так звучал весомо, заглушая назойливый стрекот снаружи.

— Командир, ну правда! Колонна машин на территории Либерии не выглядит нашей основной задачей. Как вообще Седому такую задачу поставили? — уточнил один из подчинённых.