Книга Кавказский рубеж, страница 61 – Михаил Дорин

Георгий Завиди сидел за столом, вцепившись в телефонную трубку, и орал на кого-то:

— Ора, мне плевать, где ты его возьмёшь. Да, рожай! В цвет тебе говорю, керосин мне нужен сейчас, а не завтра. Жду!

За приставным столом, заваленным картами и сводками, стоял Беслан и штурман эскадрильи, майор с красными от недосыпа глазами. Они чертили по карте карандашом подобие маршрута, споря вполголоса.

Я подошёл ближе и глянул через плечо друга. Линия маршрута тянулась на северо-запад, через Гагру, прямо к реке Псоу и дальше — в Адлер. К границе с Краснодарским краем.

— Здорово, Сань, — Беслан даже не поднял головы, продолжая работать линейкой НЛ-10.

— Какой расклад? — спросил я.

— Расклад хреновый, но понятный. Поставлена задача на эвакуацию. Вывозим семьи военнослужащих и гражданских, кто влезет. В первую очередь дети и женщины, — глухо отозвался Беслан.

— А что с вмешательством? Как бы атаковали нашу территорию или я не прав?

— Так-то оно так. Но Абхазия в непонятном статусе. Мы и не в Советском Союзе и не в Грузии, — ответил Беслан и зло сломал карандаш.

Я понял, отчего могут быть подобные эмоции.

— Дай угадаю. Сказали не вмешиваться? Огонь открывать только в случае прямого нападения на объекты части.

Аркаев кивнул и вернулся к карте.

— Мы как эти… вроде наблюдателей ООН, только с пустыми стволами, — добавил штурман эскадрильи.

Георгий швырнул трубку на рычаг аппарата так, что тот звякнул. Он потёр небритое лицо ладонями и посмотрел на меня. Хоть и было жарко, но куртку комбинезона он держал застёгнутой.

— Сандро, ты готовься к убытию. В первой же партии…

— Я не за этим здесь. Готов к выполнению поставленной задачи, Георгий Михалыч.

Георгий усмехнулся, доставая очередную сигарету.

— Я никуда не полечу, — спокойно добавил я.

Командир эскадрильи долго смотрел на меня, выпуская дым через ноздри, потом махнул рукой.

— Бог с тобой. Всё равно ты мне и правда тут поможешь. Опыта у тебя много, так что в гуманитарных операциях можешь помочь.

Гоги встал и подошёл к большой настенной карте Абхазии, испещрённой пометками.

— Смотри сюда. Ситуация аховая.

Он ткнул указкой в район Ингури.

— Войска зашли со стороны Зугдиди. Танковые клинья, БТРы, артиллерия. Но самое поганое — это личный состав. Там регулярной армии почти нет. Основная масса — это сброд чертей и шакалов. Гвардейцы Тенгиза Китовани и «Мхедриони» Джабы Иоселиани.

Георгий скривился, произнося эти имена.

— Это не солдаты, Сандро. Обычные уголовники, которым выдали автоматы и дали карт-бланш. Они не воюют, они грабят. Идут по сёлам, выносят всё, насилуют, убивают. Им плевать на конвенции. Очамчира уже под ними. А до Сухума рукой подать.

— Значит, вывозим людей. Но пускать «вертушки» без прикрытия нельзя. Если у этих бандитов есть ПЗРК или «зушки», они начнут валить борты просто ради забавы.

— Согласен. Пустим пару Ми-24 вперёд, пройдут по маршруту, а затем на прикрытие. Потом уже на Ми-8 полетим. Вылет через… час. Лучше раньше.

Мы уже двинулись к выходу, когда телефон на столе командира снова, истерично зазвонил. Звук был резким, как выстрел.

Георгий замер, вернулся к столу и снял трубку.

— Подполковник Завиди. Слушаю.

В кабинете повисла тишина. Мы с Бесланом замерли у дверей.

Лицо Георгия начало меняться. Сначала оно окаменело, потом пошло красными пятнами, а глаза сузились.