Книга Страна чудес. На алтарях, страница 100 – Надежда Гуляева, Сергей Гуляев

Мужчина в кресле довольно щурится и резко щёлкает пальцами. Один из шкафов разворачивается, открывая проход в темноту. В комнату проходит невысокий полный человечек, подобострастно склоняет голову, не дойдя до столика.

– Всё слышал?

– Да, босс. И не только, запись тоже готова.

– Отлично. Все рапорты на привлечение оперативных групп СБ на наш контроль.

– Сделаю. Что-то ещё?

– Нет. Пока нет. Можешь идти.

Тихий шорох и Седой остается в кабинет один. Еще один щелчок пальцев, плавный взмах кисти и не яркое голубоватое свечение окутывает комнату и тут же гаснет. Тишина в помещении становиться невыносимой, давит на виски. Но хозяина это не трогает. Тот нажимает на почти невидимый выступ в подлокотнике и миниатюрный робот-бар спешит выбраться из очередной ниши, услужливо распахивая свое нутро.

Мелодично звенит стекло, в граненом бокале отливает рубином густой тягучий напиток, алый словно кровь и прозрачный как сам хрусталь.

С бокалом в руках Седой, или Шах, как его только что назвали, подходит к окну. Перед им как на подносе лежит город. Его город.

Шаха не интересовали летающий замки Большой Восьмёрки, он никогда не стремился попасть в число небожителей. Быть постоянно на виду и прогибаться под архимага, лизать ему задницу… Неееет, такого ему не надо. Настоящая власть у того, кто на земле. Там в облаках красивые игрушки, а вот ресурсы – они здесь. И ими Седой ни с кем делиться не собирается. А Бережной пусть катиться… Наверх, в элиту магических университетов. После потери последних активов в Москве другого пути у него не будет, только в Совет. А там… Там не власть, всего лишь иллюзия. Толкать громкие речи, приторно, до тошноты восхищаться идеями архимага Всей России, и с улыбочкой подливать ему вино, как это пять минут назад сделал робот.

Берлога у Лёхи хоть и двухкомнатная, но не резиновая, в ней уже тесно, и это ещё не вся компания в сборе. Света хозяйничает на кухне, конфисковав драгоценную Лосяшеву картошечку и морковку. Машка только со смены, рвалась ей помогать, но была изгнана и почти сразу же отрубилась, спит свернувшись клубочком на моём диване.

Проф, наладив на ноуте запись, передал его Лосяшу. Сам же с более мощного стационара продолжает просматривать камеры фазенды. Мне периодически слышны его короткие матюки, это значит, что телефон Очкарика открыл не те камеры, и он нарывался то на пустые комнаты, то на кухню, где шуровал повар, то в бассейн, где плескались две какие-то девицы.

Нас же интересовал Шуруп и его ближайшее окружение, или места расположения охраны.

Местные периодически попадали в камеры, сама фазенда напоминала разворошённое осиное гнездо, но разговоров практически не велось, и инфы попадалось до обидного мало.

А вот сам хозяин то и дело созванивался с кем-то по магофону. Эти звонки шли через свою сеть и Проф бесился из-за невозможности взломать ещё и её. Поэтому остервенело лазал по архиву надеясь отыскать что-то упущенное.

Тем временем Лосяш просматривал картинку в ноуте. К моему удивлению, напарничка запись не особо впечатлила. Он смотрел на экран как-то слишком спокойно, даже равнодушно. Конечно, он это всё и из кабины слышал, но всё же… Не каждый день случается.

– Грохнули. Может так оно и лучше, – хмыкает Лёха закончив просмотр, и мы садимся за стол. Ну как за стол, там только Света и я. Лосяш расположился на подоконнике, Машка ещё отсыпается. А Профи даже на поесть из компа не вылез, так и сидит с ложкой и мышью, и не факт что вообще в курсе что у него в тарелке.