Онлайн книга «Novitius»
|
Он нажал кнопку интеркома, и попросил: — Три чая вмой кабинет, и никому не беспокоить. Через пару минут впорхнула девушка-секретарь с первого этажа, неся чайник с отколотой ручкой, три разнокалиберных стакана в подстаканниках и сахар. Не говря ни слова, поставила все это на стол и упорхнула из кабинета, притворив за собой двери. Шамаил лично налил все три стакана крепким чаем, и в знак того, что точно не отравлено — первым же прихлебнул. И начал свой рассказ. Рассказ Шамаила Собственно, мой статус мэра — это скорее вынужденное явление. После начала военных действий со стороны Ур-Шема наш город не пострадал, он точно не являлся удобным объектом для террористической атаки. Население в двадцать тысяч, нет военных баз, нет производства, кроме расположенной на севере экспериментальной биостанции Пуща, специализирующейся на выращивании кормовых культур для регионов с проблемным земледелием. Собственно, именно на ней и задействованы были примерно тридцать процентов местного населения. Остальные — вели какой-то свой бизнес, обеспечивали потребности сотрудников. У нас был расквартирован небольшой гарнизон в полсотни солдат, в основном занимавшийся поддержанием в порядке парка законсервированной техники. Сюда на консервационное хранение загнали кучу устаревшего хлама, времен первой Чинской войны — как нашей, так и их. Периодически переводили в музейное хранение часть образцов. Частично также разукомплектовывали для последующей утилизации. Короче, служба у солдат была откровенно халтурной, следи себе чтобы пацаны из города не открутили что-то ценное от танков и БТРов столетней давности. Боеприпасов на базе не хранилось, так что спереть там можно было только какие нить приборы- что дети все равно регулярно пытались сделать, и иногда даже успешно. Впрочем, всем было пофигу, ничего по-настоящему опасного спереть им бы не дали, а стыренные прожектора или там прибор ночного видения делали очередного пацана героем среди своих. Так вот. Как я уже сказал — город не представлял вообще никакой ценности ни в военном, ни в террористическом плане. Так что для нас день D прошел незаметно. Ну разве что появился пункт эпидконтроля на въезде в город, отслеживавший возможность проникновения зараженного человека. До начала проблем он тоже был, но отключенный. Теперь его автоматически включилии каждый въезжающий или входящий сначала должен был задержаться в камере на пару минут. Неудобно, но терпимо. Я в то время работал начальником местной больницы, поэтому знал чуть больше, чем обычный обыватель. И про блокады городов, и про смертельность вируса. Но у нас был четкий приказ сверху — не допускать паники и распространения слухов, так что я молчал. Первые признаки проблем возникли, когда до нас докатились слухи, что столица региона охвачена эпидемией, что вакцины нет даже в теории, и что оттуда начинает разбегаться население. Военных с базы почти всех сняли и перевели в усиление к Избору, оставив тут десяток во главе с сержантом Кэноном. Надо сказать. Что это был крайне плохой план — даже среди своих этот парень прославился наиболее высокой степенью лени и гнили. Больше, чем взвод Кенона — никто не продал горожанам всякого армейского хлама, а по слухам, еще он же приторговывал тут наркотой. |