Книга Клан Пекла, страница 83 – Влад Лей, Александр Грохт

Незаметная дверь в стене распахнулась, и Роджер приготовился увидеть лицо Тапка, но вместо бородача в кабинет вошел какой-то странный стариканс седыми патлами, торчащими в стороны, как экзотические «иглы». В руках у странного типа был шприц с какой-то пузырящейся зеленой дрянью.

Без каких-то предварительных разговоров, угроз и подобного старикан подошел к Роджеру, нагнул тому голову в сторону и вогнал свой шприц прямо в артерию, моментально вводя его содержимое в кровь. Роджер зашипел от резкой боли, попытался дернуться, но никакого толку от этого не было — его приковал мастер своего дела.

— Эй, мужик, что за дела? Ты кто вообще такой?

— Ричард Санчез. Можешь считать, что я твой личный демон на ближайшие полчаса, — голос мужика выдавал явное алкогольное опьянение. В конце тирады седой еще и раскатисто рыгнул, обдав Роджера запахом хорошего коньяка.

— Да мне пофиг на твое имя, ты вообще в курсе, кто я такой?

— Труп, — Санчез был крайне лаконичен и, судя по его лицу, обдумывал, не проблеваться ли ему прямо на пленника. Роджер практически завопил, надеясь задавить странного алкаша «авторитетом».

— Меня зовут Роджер Сальваторе, и мой дядя — сам дон Лука Сальваторе.

— Нет, придурок, ты — уже труп, а я тут, чтобы убедиться, что твоя агония будет максимально болезненной. Это небольшая услуга моему другу за то, что он спас меня.

— Твой друг — покойник, как и ты! Папа Лука вас всех найдет и уроет!

— Это вряд ли. Тапок в отличие от тебя не оставил следов, так что нет, никто за тобой не придет. И вообще, помолчи, я должен подключить оборудование до того, как начнет действовать «стабилизатор» и все остальное, — голос мужика обрел внезапную сосредоточенность, хотя все еще явно был нетрезвым.

— Какой, на хрен, стабилизатор! Ты чего мне вколол, шизанутый⁈

— Сложносочиненный коктейль из ферментов и гормонов, выделяемый одной противной насекомоподобной тварью с Кадии. Он нужен для того, чтобы расщепляемая ее пищеварительными соками жертва была активна до самого конца. На Кадии, знаешь ли, дикая стужа, и жрать приходится все, что только попадется. Вот природа и изобрела такой интересный механизм. А, да… Там же несколько крайне любопытных нейротоксинов, в общем, тебе будет весело следующие минут сорок. Чувствуешь, как начинает гореть кожа на пальцах? Через минуту там начнут растворятся в тех самых токсинах твои нервы, разогнанные на чувствительность куда более высокую, чем предполагаетчеловеческое тело. Ты будешь вариться в кислоте и гореть, одновременно ощущая это всеми фибрами души и тела. И это продлится до тех пор, пока синапсы не выгорят до конца, но, собственно, именно для того, чтобы этого не произошло быстро, я и ввел тебе «стабилизатор». Все. Я пойду, полюбуюсь твоей агонией из другой комнаты, а то тут скоро станет слишком уж некомфортно и громко.

Выдав всю эту дикую мешанину из околонаучных терминов совершенно трезвым голосом, Рик громко рыгнул, повесил на грудь Роджера несколько датчиков, любовно поправил чуть отклеившийся край одного из них и действительно ушел из комнаты.

За дверью и впрямь была «смотровая комната», в которой на стульях сидели Тапок, перемотанный и обклеенный кучей датчиков Бес в специальном послеоперационном кресле и Иван Петрович.

— Ну как? — абсолютно трезвым голосом спросил Рик. — Удалось мне сыграть пьяного психа?