Книга Инвазия 3, страница 1 – Влад Лей, Александр Грохт

Саймон уже не сидел, он лежал на боку с приоткрытым ртом и широко распахнутыми глазами, глядящими в никуда. Лицо его посерело, осунулось, руки безвольно лежали вдоль тела.

Мы оба бросились к нему. Элен начала массаж сердца, а я замер рядом, осознав, что ничем помочь бедолаге уже нельзя. Саймон был мертв.

Да как же так? Как так-то?

Когда Элен, отчаявшись, прекратила свои попытки вернуть его к жизни, рядом с телом присел я, принялся его осматривать.

При беглом осмотре я не увидел ни единой капли крови, никаких порезов, ран, гематом. Вообще ничего такого, что могло бы стать причиной для столь быстрой смерти.

Да чего тогда с ним случилось? Почему он…

— Сердце, — тихо произнесла Элен, которая словно бы мои мысли прочитала и поняла, какой вопрос меня сейчас мучил. — У него просто был лишний вес и слабое сердце. А тут и нагрузка большая, и стресс…да и возраст у него…

Да твою же мать!

Я бессильно опустился рядом с трупом.

Случившееся с Саймоном подействовало на меня даже больше, чем если бы его убили монстры.

И ладно было так, ладно бы, я не уследил, не смог прикрыть, защитить. Но нет…

Мужик настолько перепугался, что поймал сердечный приступ. Или же переживания последних дней, минут, его добили.

Просто и банально. Вот так живешь, строишь планы, а потом раз, и тебя нет… Ты не проиграл в битве, не просчитался, просто твое тело подвело, не выдержало.

Мы, люди, в принципе очень хрупкие, нас так легко сломать, уничтожить. Можно быть трижды коммандо, крушить врагов направо и налево, и помереть от элементарного гриппа, условно говоря.

Я понимал, что такое возможно, но как-то раньше подобного не видел. Да чего там, я прямо был уверен, что никогда с подобным не столкнусь. Только не с моей работой и моим образом жизни. Нет, к смерти я привык, привык отнимать чужие жизни, привык, что те, кто сражаются рядом со мной, могут уйти в мир иной. Но…я привык к смертям в бою, причем как врагов, так и друзей, но к смертям таким, случайным, в чем-то даже глупым, я был совершенно не готов.

И, наверное, именно поэтому сейчас тупо смотрел на останки своего невольного спутника, который лежал, и чье тело уже остывало на полу.

Самое поганое, что я действительно уже начал привыкать к нему, и перестал считать его чисто «отмычкой».Он уже стал частью моей команды. Да я же всего несколько минут назад вышел, чтобы ценой своей жизни прикрыть бегство Саймона и Элен.

А сейчас мне предстоит мало того, что бросить его тело тут, где его вскоре обнаружат и сожрут Дэворары, так еще придется предварительно надругаться над покойным. А что делать — пусть он и член команды, но все же у него была роль, очень важная роль, и если он эту роль не сыграет, то и мы с Элен уже вряд ли выберемся из комплекса. Да чего там — первую встретившуюся дверь можем не открыть.

Так что теперь мне предстоит вырезать глаз, отрезать кисть руки, и на всякий случай взять немного крови у покойного.

Блин, еще совсем недавно я был готов это сделать без малейших колебаний, причем не с мертвым, а с вполне еще живым Саймоном, а сейчас…сделаю все равно, но как же это теперь…неприятно. Мерзко на душе.

Еще один крайне мощный удар обрушился на дверь, да такой, что с потолка посыпалась пыль.

Похоже, кто-то разозлился не на шутку.

Впрочем, мне сейчас было на это плевать. Стальная плита закрыла проход наглухо. Пусть зверушка бесится, пусть злится и бьется. Ей не хватит массы, чтобы пробить такую преграду, и уж тем более не хватит сил, чтобы проковырять.