Книга Выжившие, страница 98 – Влад Лей, Александр Грохт

Позади грохнул выстрел — похоже, до «воронов» дошло происходящее. Они бросились во двор, кто-то сгоряча даже пальнул нам вслед. Но палил неумело, так как пули легли куда-то сильно выше, я даже не услышал свиста мимо машины.

Меж тем «кореянка» все же забуксовала в грязи. Вовка отчаянно газовал, так что машина еще не встала, но уже было понятно, что в любую секунду она окончательно завязнет. Я догнал ее и, не особо уже заботясь о целостности бамперов, подтолкнул их вперед, на более сухой кусок.

Головы Вовки и Аськи смешно дернулись (надеюсь, никто из них не припечатался к торпеде), но толкаемая «Чероки» «кореянка» бодро пошла вперед, ну а я пер следом в ее «грязевом фарватере», периодически вновь поддавая под зад, так сказать. Пришлось, правда, дворники включить на полную — газующий Вова закидал мне все стекло грязью.

Мы быстро пересекли парк, и Вовка, чуть наподдав, спрыгнул с бордюра на проезжую часть. От удара из-под многострадального заднего моста полетели искры, машину чуть занесло, но Вова тут же выровнялся и нажал на газ.

Я чуть притормозил, дожидаясь, пока он вырулит на свою полосу и чуть отъедет, потом тоже спрыгнул на дорогу и бросился его догонять.

* * *

Вова скрипнул зубами и выдал такую матерную тираду, которой в обычном состоянии от него в жизни не дождешься.

Ну а как иначе? Любимой машине, которую он с горем пополам купил за кровно заработанные, пришел конец.

Головой он понимал, что для нынешней ситуации, для апокалипсиса, проще говоря, его «кореянка» совершенно не подходит. Более того — по уму ее бы уже стоило заменить даже до того, как заднему мосту пришел конец.

Но сердце Вовы болело от горя — даже не было жаль денег, ему было жалко собственных сил, которые он вложил в эту машину, ему трудно было распрощаться с комфортом и уютом этой машины. Пусть старая, но в ней он чувствовал себя спокойно и удобно. Ему нравился ее салон, тихое урчание ее мотора.

Но теперь он ехал и слышал, как сзади что-то гремит, как грохочет в машине, стоит только попасть колесу в небольшую яму, и как «плавают» обороты движка.

А что напрягало Вовубольше всего — это загоревшийся индикатор масла и чек. Он такого никогда не допускал. Даже если у него банально перегорала лампочка в салоне, у Вовы начинал дергаться глаз и он не мог угомониться, пока проблема не будет решена.

И тут вдруг такое…

«Чероки» Жени уже вырвался вперед, петлял по улочкам, и все, что Вове оставалось — просто следовать за ним, не отставая.

Он было хотел взять рацию и возмутиться, какого черта Женя просто не поехал прямо, не выехал на трассу и…

Но тут до него дошло, что Женя хочет стряхнуть с хвоста погоню, если таковая есть.

Бросив быстрый взгляд в зеркало, Вова скривился — преследователи не отстали, белый низкий таз и брутальный черный джип неслись следом за ними.

Женя, похоже, понял, что его финт не удался — он прекратил петлять по улицам, направился к трассе.

Они проскочили на красный, свернули на съезд и спустя минуту были уже на выезде из города.

Преследователи не отставали. Они выскочили вслед за нами и довольно быстро начали нагонять.

А вот это нехорошо… Вообще-то у Жени на «Чероки» мотор будь здоров, да и Вовина двухлитровая «кореянка» не сказать чтоб медленная, но, видать, «вороны» тоже за машинами следили — вон, даже их ведрокоптер мчит как бешеный.