Книга Выжившие, страница 36 – Влад Лей, Александр Грохт

Что-то там случилось…

Торчать в пробке он не пожелал, поэтому сделал небольшой крюк, заехав в город чуть дальше, и когда уже мчался среди жилых домов, увидел рекламную вывеску на одном из них, тут же хлопнул себя по лбу.

Во дурак, а…

Тут же подрулил к бордюру, выскочил из-заруля, снова-таки закрыв машину, и бросился к магазинчику на углу, возле которого и увидел вывеску.

Там он заказал семь бутылок водки. Вова водку не любил, но решил, что может понадобиться, ведь это вещь универсальная. И для стерилизации раны, бинтов, и в качестве бартерной единицы. Вот, кстати, одна бутылка точно пойдет в качестве таковой.

— Все? — спросила чем-то недовольная продавщица.

— Еще коньяка, — попросил Вова, — вон того, с синей этикеткой. Давайте три бутылки.

— Одна осталась, — бросила продавщица.

— Ну тогда вон того, что рядом. Его две вижу.

Три бутылки стали на прилавок.

— Не ужретесь? — без всякого намека на шутку поинтересовалась продавщица.

— А вам завидно? — в тон ей ответил Вова.

Она поджала губы и рассчитала его молча.

Так-то лучше.

Теперь уже Вова точно направился домой.

Припарковав «кореянку» на «свое» место, он несколько секунд еще сидел в машине, соображая, как поступить лучше — тащить все в квартиру или оставить здесь?

Решил, что лучше оставить. Если нужно будет срочно рвать когти, то пусть все будет наготове. Ему ведь по любому еще из дома вещички собирать и вытаскивать к машине.

А кстати, куда когти то рвать, если придется?

Ответ пришел практически сразу — конечно к бате в деревню. Он живет в такой глуши, что там и о недавно бушевавшей «коронованной эпидемии» никто не слышал… Да и поселок его пустой почти — там богатеи понастроили своих фазенд, местных осталось всего ничего. Даже летом, в самый сезон людей там было мало, а уж сейчас…

А у бати, конечно, не «олл инклюзив», но все же имеются все блага человечества — и вода, и электричество, и газ. Ну окей. А на случай отсутствия оного дрова в избытке.

Вова, не выходя из машины, нагрузил себе пакет продуктами, которые таки намеревался взять с собой в квартиру — там ведь шаром покати, а в холодильнике мышь повесилась.

Лишь после этого вылез наружу и направился к подъезду.

В самом подъезде он шел осторожно, прислушиваясь к подозрительным звукам и взглядом и контролируя углы, из-за которых мог неожиданно кто-то появиться.

Так он поднялся до третьего этажа и позвонил в дверь.

Спустя пару минут послышались шаркающие шаги, и дверь открылась.

В проем осторожно выглянул старик.

— Привет, дядь Федь. Это я.

— О, Вовка! Здорово!— обрадовался дедок.

Хороший был дядька. Общительный, душевный. Никогда в помощи не отказывал, хоть Вовка и обращался к нему не очень часто. С его собственным батей в свое время на заводе пахал, потому Вова и знал его.

Баба Валя, к слову, жена дяди Феди, была куда менее общительная — вечно недовольное лицо, слова цедила сквозь зубы, зыркала вечно по сторонам, будто боясь, что вот-вот ей кто-то грубить начнет, или нападет.

Дети их давно выросли, укатили в большой город, ну а старики остались здесь. Дядь Федя вышел на пенсию и маялся всякими шабашками. Благо руки у него были золотые. Вовке, к примеру, у которого вечно на бытовые проблемы времени не хватало, всю проводку поменял, затем и водопровод, краны, батареи. Вовка и знакомым его рекомендовал, так что у дяди Феди работа была. Не много, но сильно перетруждаться он и не любил — спина мучила.