Книга Регуляторы, страница 65 – Александр Грохт

— И не только. Я еще и мотокроссом занималась, и на курсы экстрим–вождения ходила. Стрелять я не умею, но как водитель я вам точно сгожусь. Могу доказать, если надо!

Паранойя закричала, что девочка хочет просто угнать машину, но рациональность тут же возразила — и как она это сделает? Получит пулю в голову в тот же миг, как что–то задумает, да и все.

А внутренний «гадкий я» тут же решил сделать еще одну попытку ударить по совести Николая.

— Коленька, ты слышишь вообще нас,а? Твоя дочка хочет помочь мне. Ты не хочешь хоть как-то вмешаться, поучаствовать в этом, а? Даже ее проняло, сколько же трупов тут на этой банде. И все это в равной степени и твоя вина.

— Я не при чем! Они меня заставили! — он аж завизжал фальцетом. Проняло-таки козла. Все-таки зомбец очень здорово открывает в людях их внутреннюю сущность. Ладно, продолжу, может, где–то внутри этого вот слабака есть еще совесть и мужество.

— Коль, а твоя дочка хоть знает, откуда взялся этот мут? Что этот мужик был хозяином дома, и после того, как он умер и встал, ему в качестве еды досталась его семья, причем сын его был тогда жив, а жену и дочку замучили бандюки, которых ты сюда привел? Или это ты тоже скрыл?

Сидящий на земле мужик посмотрел на меня дикими, совершенно ненормальными глазами и вдруг заплакал.

— Она знает…и ненавидит меня за это! А я всего лишь спасал ее! Но она не понимает! Да,в смерти Любы, Насти и Ярика виноват я. Но у меня не было выбора! Эти люди, которых я с собой привел…я думал они нормальные, мы привыкнем друг к другу и будем командой. Мои мозги и их навыки вместе позволят нам справиться с любыми ожившими мертвецами. — Николай порывисто выкрикивал эти фразы мне в лицо, брызжа слюной. Я демонстративно протер перчаткой очки, но он не отреагировал, еще больше распаляясь. — Я с ними договорился, и они обещали никого не убивать, просто забрать оружие и продукты! Нам было нужнее, а у Степаныча тут огромные запасы. Но эти люди, как только мы внутрь попали, тут же избили Степаныча до полусмерти и начали грабить хутор, больше испортив, чем сохранив. И еще они нашли самогон и тут же напились. А потом…а потом они принялись приставать к женщинам, которые пришли с нами из Белой Горки…Кто–то из мужчин возмутился, и ему разбили голову черенком от лопаты. Что мне оставалось делать? Только отвлечь их. Я подсказал им, что там есть бабы, которые точно не могут сопротивляться. И им это понравилось. Очень понравилось. А что мне оставалось делать в такой ситуации? У меня просто не было никакого выбора.

— Выбор есть всегда. Уйти отсюда ночью. Пока они трахали семью Степаныча — собрать остальных мужиков, которые тогда были еще живы, и баб — и напасть на банду. И, в первую очередь, не приводить никого туда, где были в целом беспомощные люди, которых ты еще и обманул,позволив банде легко захватить тут все. А что ты сделал? Ты предал всех, а потом зассал. Перекинул внимание бандитов на беспомощных и слабых. Но они же все равно вернулись, перетрахали всех ваших баб и убили всех мужиков. Чего ты добился-то этим? Отсрочки? Что ж…кажется я понимаю, чего мут так хотел добраться до тебя. Я б на его месте тоже хотел. Но вернемся к нашим баранам. Ты по-прежнему не готов мне помогать?

— Нет. Я не поеду никуда. Я не хочу ничего. Оставьте меня в покое!