Книга Санитары, страница 4 – Александр Грохт

Старая промзона расстилалась перед нами во всей своей мрачной красе. Узкая улица, метров шесть шириной, тянулась вперёд между ржавыми заборами и полуразрушенными зданиями. Асфальт был весь в трещинах и выбоинах, кое-где пробивалась трава. Вдоль дороги валялись остовы давно брошенных машин, опрокинутые контейнеры, груды техногенного мусора, поросшие вполне серьёзными деревьями.

Слева тянулся забор из рифлёного железа, местами проржавевший насквозь. За ним виднелись корпуса каких-то складов — серые бетонные коробки без окон, покрытые граффити. Справа — двухэтажные здания бывших цехов, окна заколочены досками или закрыты ржавыми решётками.

На одном из домов я разглядел номер — 9а. Я вспомнил карту, которую изучал перед вылетом. Нам сейчас направо, и тогда дорога должна привести нас к Машиностроительному переулку. Оттуда — рукой подать до места назначения.

Мы тронулись вперёд, осторожно, высматривая опасность. Улица была пугающе тихой. Похоже, наш прилёт и впрямь собрал всех зомби из округи. Только ветер шуршал обрывками газет и гнал пустые банки по асфальту. Где-то вдалеке мерзко скрипела какая-то железяка, но поблизости никого не было видно.

— Слишком тихо, — пробормотал Серёга, оглядываясь. — Мне это не нравится.

— Мне тоже, — согласился я. — Держите глаза открытыми.

Мы ехали медленно, объезжая препятствия. Справа промелькнуло здание с выбитыми окнами — внутри было темно, но я мог поклясться, что увидел там движение. Что-то большое метнулось в глубине, но не показалось.

— Там кто-то есть, — тихо сказал Пейн.

— Знаю. Продолжаем движение. Не останавливаемся.

Дорога петляла немного, огибая здания. Слева показался покосившийся рекламный щит — выцветшее изображение какого-то инструмента и надпись: «Завод 'Тансельмаш". Техника для профессионалов». Щит накренился, готовыйвот-вот упасть.

Дальше пошли гаражи — целый ряд металлических боксов, многие с распахнутыми воротами. Из одного торчала передняя часть автомобиля — старая «девятка», все колёса спущены. В другом гараже я увидел скелет, прислонённый к стене. На нём всё ещё была одежда — рабочий комбинезон и каска.

— Джей, — окликнул меня Макс. — Смотри вперёд.

Я поднял глаза. Метрах в пятидесяти впереди улица упиралась в перекрёсток. И там, прямо на пересечении, высилась баррикада.

Мы подъехали ближе, притормаживая. Баррикада была основательная — несколько легковушек, поставленных бампер к бамперу и сваренных между собой. Поверх автомобилей навалены мешки с песком, доски, куски арматуры. Всё это сооружение перекрывало дорогу полностью.

— Кто-то пытался держать оборону, — сказал Серёга, слезая с байка и подходя ближе. — И похоже, не преуспел.

Он был прав. Вокруг баррикады валялись гильзы — сотни медных гильз, блестящих на солнце. Асфальт был испещрён тёмными пятнами — старая кровь. На самом заграждении я разглядел пробоины от пуль, царапины от когтей.

— Здесь была резня, — тихо сказал Пейн, глядя на всё это.

Я подъехал к баррикаде, оценивая ситуацию. Прямо мы не пройдём — слишком высоко, байки не перепрыгнут. Справа здания стоят вплотную, прохода нет. Слева… а вот слева оставалось достаточно места, чтобы проехать на мотоцикле.

— Налево, — сказал я. — Машиностроительный переулок. Нам туда.

Переулок начинался как раз слева от баррикады — узкий проезд между двух зданий, метра четыре в ширину. Асфальт там был в ещё худшем состоянии, чем на улице Лескова — ямы, трещины, где-то провалы. Но проехать можно.