Книга Поезд от платформы 2, страница 5 – Стефани Стил

Поезд замедлил ход, готовясь сделать очередную остановку. Но, едва двери открылись, по вагону разнесся пронзительный крик.

Джесс быстро вскинула голову, от резкого движения шею пронзила боль. Но увидела она лишь пару подростков, зашедшихся диким хохотом после того, как парень испустил истошный крик, а девчонка вытащила телефон и, засняв орущего бойфренда, замахала мобильником по сторонам в попытке зафиксировать взгляды шокированных пассажиров. Выходка ребят застигла Джесс врасплох и спровоцировала выброс адреналина. Но стоило ей понять, что к чему, и пустившееся вскачь сердце замедлило ритм. Она отвела взгляд от мобильника в руке девушки. Это ведь позволялось – снимать случайных и незнакомых тебе попутчиков? Джесс не слышала ни о каком законе, запрещавшем это делать. Она снова подняла глаза. Но уже для того, чтобы посмотреть, где они. «Риджентс-парк». На следующей станции – «Бейкер-стрит» – ей предстояло сойти, пересесть на «Юбилейную линию», и поезд помчал бы ее на север. Домой.

Поначалу Джесс показалось, что студенты высыпали из вагона всей гурьбой. Причем некоторые из них, высаживаясь на перрон, успели смерить дурашливых подростков неодобрительными взглядами и закатить глаза. А остальные, стреножившие товарищей своими плакатами и натыкавшиеся на чужие, сами зашлись громким смехом. Но когда двери вагона снова закрылись, Джесс заметила, что одна из студенток не вышла, а, попятившись назад, махнула всем на прощанье рукой со слегка обиженным выражением на лице. Куда бы ни намыливались ее друзья дальше, девушка с густыми вьющимися волосами уже почувствовала себя покинутой и обделенной. Теперь, когда все ее спутники отсеялись, Джесс смогла прочитать лозунг на плакате, который девушка выставила перед собой, пока выискивала глазами, куда лучше присесть. На плотном ватмане черным маркером было выведено «Да, все люди значимы!»; жирные буквы, словно подтаяв, истекали темными подтеками. Футболка на девушке тоже была черной; на груди белела четкая строка: «Я ни на что такое не напрашиваюсь». Джесс вспомнилось дело об изнасиловании, которое ей довелось вести несколько лет назад, в бытность детективом-констеблем. Время и силы, отданные сбору железобетонных доказательств, оказались потраченными впустую: присяжные заседатели сочли парня невиновным после того, как защита предоставила им многочисленные фотографии и видео с жертвой, танцевавшей в пьяном угаре с будущим обидчиком за несколько часов до насилия.

«Что ж, за этих студентов можно порадоваться», – подумала Джесс. Иногда – невзирая на все, чего она насмотрелась на прежней работе, – Джесс возлагала слабую надежду на тот мир, который предстояло унаследовать ее дочерям.

Участница протеста устремила взгляд в самую пустую часть вагона, откуда розоволицый любитель «Карлинга» хмуро пялился на ее плакат. Судя по приоткрытому рту, мужчину явно подмывало высказаться о нем. А выражение его лица и странное порыкивание, вырывавшееся из наморщенного носа, убедили Джесс в том, что этот комментарий не был бы положительным. Студентка выдержала взгляд пивомана вызывающе дерзко, но все же предпочла сесть в одном ряду с Джесс.

Чтобы было где пристроить плакат, девушка плюхнулась на крайнее сиденье, в двух местах от Джесс и напротив все еще потешавшихся подростков. А поезд пустился в свой короткий заезд до «Бейкер-стрит» под сводом из резного кирпича, лишь на мгновенья освещаемого огнями.