Книга Поезд от платформы 2, страница 104 – Стефани Стил

Джесс ощутила, что сердце забилось в груди чуть быстрее.

– А как называется ваша команда? – спросила она, уже зная ответ.

– «Тутинг-Бек», – не стал скрытничать Скотт. – Да-да, знаю, вы видели новостные репортажи. Я там был, не отрицаю. – Он приподнял брови и всплеснул руками: «Ну, что? Вы это хотели услышать?» – Но, черт возьми, как же здорово, – Скотт вытянул руки и сжал их в кулаки несколько раз, – просто почувствовать себя вновь хулиганом. Я такое удовлетворение испытал, понимаете? Лучше кулаком по морде, чем ложь, наветы и сплетни за спиной. – Джесс этого не поняла, но в спор вступать не стала. А дала Скотту выговориться. – Эта сука и ее новый слащавенький хлыщ уцепились за это. Убедили судью, что я неуравновешенный. А я ни разу – ни разу! – не поднял руки ни на мою девочку, ни на Мел. И Мел это знает. Просто ей нужен был повод, чтобы вывести меня из игры раз и навсегда.

Итак, жена Сола воспользовалась его участием в потасовке футбольных фанатов, чтобы лишить его прав на опеку. Одна из извилин, опутывавших серое вещество в черепушке Джесс, напряглась, когда она вообразила, что почувствовал Скотт, увидев человека, имевшего к этому непосредственное отношение, когда тот, управляя поездом, выехал прямо на него из тоннеля метро. Но не успела Джесс подобрать ответ Скотту, как тот поднялся со скамьи.

– Мне нужно глотнуть воздуха, – сказал он, указав на открытые двери вагона.

Джесс подумала об Эмилии, Дженне и Исе в темном тоннеле. Даже если нападение Скотта на Мэтта было продиктовано личным мотивом, этот человек все еще кипел злостью. Это было очевидно. А стрессовая ситуация, в которой они оказались, могла стереть пограничную черту между объяснимой местью и реакцией отчаяния, толкнувшей его на последующие действия. Джесс представила, как он набросился на нее в темноте, метя нож, зажатый в потной руке, в женщину, которая всю ночь докапывалась до него и донимала расспросами. И его не смутило, что на пути острого лезвия могла оказаться юная девушка.

– Там тоже нет свежего воздуха, – попыталась удержать Скотта Джесс, справедливо опасавшаяся, как бы он снова не слетел с катушек. Скотт и без того был так надломлен, что в любой момент мог сорваться. И ей необходимо было обращаться с ним тактично и деликатно, чтобы он окончательно не сломался.

– Ну, что ж. Хоть ноги разомну. Сидеть в этой клетке уже невыносимо.

– Скотт, – медленно заговорила Джесс предостерегающим тоном, – я правда не считаю это хорошей идеей.

Скотт смерил ее взглядом, и Джесс почти увидела, как закрутились шестеренки в его мозгу в попытке определить, насколько сильно ему этого хотелось. А затем он склонился над своим полиэтиленовым пакетом, лежавшем на противоположной скамье. Пошуршав, Скотт извлек последнее, что в нем осталось, – смятую пачку сигарет «Лаки страйк».

– Послушайте, мне просто захотелось покурить. Выбор у меня небольшой: или покурить здесь, если вы этого желаете, либо выйти из вагона и спасти вас всех от ядовитых никотиновых паров. И потом… разве вы сможете меня остановить? – Вопрос Скотта попахивал вызовом, и Джесс пришлось выбирать, принимать его или нет.

Она перевела взгляд с пачки сигарет на лицо мужчины. Оно было помятым и потным, суровые линии вытягивали его вниз, подбородок усеивала колкая неряшливая щетина. Подумав о его внутреннем надломе, Джесс неохотно отступила в сторону. «По крайней мере, ушедшие женщины должны быть далеко отсюда, возможно, даже уже на станции», – предположила она, провожая Скотта взглядом. Он спустился в тоннель, зажег на телефоне фонарик и двинулся к началу поезда. «А не придется ли мне пожалеть о своем решении не принимать вызов?» – подумала Джесс.