Книга Семь престолов, страница 179 – Маттео Струкул

Ферранте видел, как Сансеверино вытащил боевой иел и поверг рыцарей герцога Альвито в ужас своей почти что звериной яростью. Капитан кинулся на группу врагов, обращая их в бегство с неистовым пылом.

— Сансеверино жаждет крови, — отметил Ферранте.

— Битва оборачивается в нашу пользу, ваше величество, — сказал дон Иньиго.

Это и правда было так.

Словно в подтверждение слов дона Иньиго, Роберто ди Сансеверино закричал изо всех сил:

— Да здравствует Его Величество Ферранте Арагонский, король Неаполя! Смерть и позор Жану Анжуйскому!

Со всех сторон в ответ раздались воинственные крики, и рыцари Сансеверино волной накрыли французов и герцога Альвито.

Видя, что совершают его люди, Ферранте почувствовал себя растроганным. Этот день обещал обернуться великой победой. Но радоваться было рано, король знал, что теперь настал его черед действовать. Левый фланг, переместившийся в центр, практически разгромил бойцов Марино Марца-но. Справа Сансеверино постепенно одолевал противника, но Джакомо Пиччинино с французской пехотой все еще продолжал наступать.

— Как мы поступим? — спросил король Арагона у дона Рафаэля. — Атакуем их и разгоним?

— Нет, — ответил идальго, — мы не будем попусту расходовать преимущество, которое Сансеверино зарабатывает, рискуя собственной жизнью. Подождем, пока Пиччинино сам двинется в атаку, и тогда мы, имея численное превосходство, встретим его как подобает.

Ферранте кивнул. Он посмотрел на небо: солнце начинало двигаться к закату, битва длилась уже довольно долго. Король вновь перевел взгляд на поле боя и увидел, что какой-то человек из войска противника, покинув строй, отчаянно пытается добраться до Пиччинино.

* * *

Андреа Томачелли Капече, герцог Альвито понял, что Джакомо Пиччинино не сойдет с места, пока не получит команду. До этого он уже попытался было двинуться вперед, но Жан Анжуйский сделал ему знак подождать, и капитан выполнил приказ. Однако теперь, когда ситуация на поле боя явно поворачивалась не в лучшую сторону для французских сил, было совершенно необходимо, чтобы пехота предприняла последнюю отчаянную попытку атаковать центр арагонского построения.

Андреа покинул строй и во весь опор помчался к Пиччинино. Он снял шлем, не в силах выносить жару и чтобы лучше ориентироваться. Капитан знал, что так он рискует получить шальную стрелу или удар меча, но это было неважно. Ему не требовалось сражаться, в этот момент на него возлагалась иная миссия. Конь Андреа повалился на землю из-за ран, нанесенных копьями. Он оказался на земле, залитой кровью, покрытой обрубками тел и обломками оружия: это был правый фланг Роберто ди Сансеверино. Герцог Альвито попытался как мог приблизиться к центру анжуйского построения, но до них было слишком далеко, никто не видел его знаков и не слышал его команд. На бегу он увидел человека, догоняющего его с правой стороны, и сделал единственное, что мог в этой ситуации: выдернул пику, воткнутую в грудь мертвого француза, лежащего в грязи, и выставил ее против врага. Тот мчался с таким пылом, что заметил оружие в руках Андреа лишь в последний момент и, не успев вовремя остановиться, практически сам налетел на острие, проткнувшее его грудь.

Герцог Альвито толкнул противника изо всех сил, и пика прошла насквозь через его тело.