Онлайн книга «Портсигар с гравировкой»
|
– Николай Львович, какими судьбами? – искренне удивился Крутилин. – Так вы же сами послали за уездной полицией, Иван Дмитриевич, – протянул ему руку полковник. – Я отправил за становым… – А я вот гощу у него, собирались мы с ним на рыбалку на Щучье озеро. Но у вас тут человек пропал. Что поделать, служба важнее. Станового я отправил людей собирать, а сам рванул сюда. Так что? Так и не нашелся статский советник Сахонин? – Нашелся. Лежит в овраге в тридцати саженях отсюда. Тело давно остыло, начало коченеть, значит, убили его вчера. Но не в овраге, а здесь, на этом месте, где сейчас стоим. Ударили его в висок, и, судя по ране, кастетом. Вон кровь на траве, вот следы от каблуков убитого. Его в овраг за руки оттащили. – Подозреваемые имеются? – Нет. – А извозчик, что его со станции вёз… – Вон он. Полковник прыгнул в сторону Дорофея и схватил его за грудки: – Это ты барина убил? – Нет. – А кто? – Не знаю. – А кто знает? – Только Лапушка. Единственный она свидетель. – Что ещё за Лапушка? – Лошадка. Вон она, стоит вдалеке. Я-то задремал… – Пошли, осмотрим твою колымагу, – и главный полицейский чин уезда исправник Ридингер отправился к импровизированной стоянке экипажей, в одном из которых сидели Геля с Груней. Крутилин и вся его поисковая команда поспешили за ними. – Какая из колясок твоя? – спросил Ридингер у Дорофея. – Эта, – указал он на ту, из которой выглядывали Геля с Груней. – Дамочки, а ну брысь, – приказал им полковник. Груня спрыгнула, подала руку барыне, та не без труда сошла. – Моя жена Ангелина, уездный исправник полковник Ридингер, – представил их друг другу подошедший Иван Дмитриевич. – Он мне «брысь» приказал, – пожаловалась мужу Геля. – Откуда мне было знать, что вы жена Крутилина? – нисколько не смутился Ридингер, поднимая сиденье коляски. – И что тут у нас? Иван Дмитриевич обернулся: Дорофей подошел к Лапушке, и, обняв её морду, спросил: – Ты что-нибудь видала? Крутилину даже показалось, что кобылка мотает головой. – Вот, полюбуйтесь, Иван Дмитриевич, что нашел за сиденьем, – Ридингер протянул Крутилину кастет с запекшейся на «рабочей» поверхности кровью и старенький мундштук из слоновой кости. – Это мундштук убитого. Я знаю. Мы вчера с ним ехали вместе в поезде в одном купе, – горестно вздохнул начальник сыскной. Он не сомневался, что кастет с мундштуком Дорофею подкинули. – Эй, извозчик! Пора тебе признаваться, – повернулся к подозреваемому полковник Ридингер. – Не убивал, клянусь детками, не убивал! – А как же это? – исправник потряс кастетом. – Ничего не знаю. Коляска ночью перед домом стояла… – Ну-ну… – Господин полковник, а я согласен с Дорофеем… – возразил было Ридингеру Крутилин. Но полковник отмахнулся: – Это моя территория, Иван Дмитриевич. Спасибо, конечно, вам за помощь, но дальше мы сами. Вот черт… Собравшиеся дружно обернулись в ту сторону, куда смотрел исправник, и увидели приближавшуюся на полной скорости коляску Архипа, в которой возвращались домой Вера Васильевна и Борис. – Терпеть не могу сообщать родственникам дурные вести, – признался полковник. – Слова так к языку и прилипают. Может, вы им сообщите, Иван Дмитриевич? Все-таки тело вы нашли. – Это ваша территория, сами и разбирайтесь. Геля, поехали. * * * Вечером Крутилины пришли с соболезнованиями к Сахониной. |