Книга Сеульский Подражатель, страница 81 – Ли Чжонгван

Это вопрос, который начальник отдела О хотел задать с самого начала.

Инспектор Ли спросил:

– Это интересует тебя больше, чем личность Подражателя, я прав?

Уже по тону его голоса суперинтендант понял: инспектор Ли догадался не только кто Подражатель, но и кто он сам.

Теперь только старший инспектор мог поставить финальную точку в деле Подражателя. Ли Суин постепенно рассказывал, как он пришел к выводу, кто же является Подражателем. Слушая, суперинтендант понял, насколько слабым и дырявым был его план. Удивительно, что инспектор Ли так долго ни о чем не догадывался.

Детектив Хан снова спросила инспектора Ли, вернулись ли к нему воспоминания. Казалось, она уже отчаялась получить ответ. О Дэён с нетерпением ждал, что же скажет инспектор Ли.

– Я пошел туда не для того, чтобы спасти его. Я был там, чтобы наказать его.

Инспектор Ли слишком легко признался в убийстве О Чжонтэ, владельца караоке-бара. Признание, что он убил О Чжонтэ, также означало признание, что он является Подражателем. А это означало, что он знал, почему детектив Хан так стремится узнать, вернулись ли к нему воспоминания.

Начальник отдела О взвешивал, сможет ли использовать записи этого разговора в суде в качестве доказательства, что к инспектору вернулась память.

Когда слышишь, как он описывает подробности, которых не знала даже Хан Чжису, создается впечатление, будто он притворялся, что потерял память. С другой стороны, когда он говорит, что рисковал своей жизнью, чтобы поймать Подражателя, становится ясно, что воспоминания к нему еще не вернулись. Казалось, чаша весов склонилась в пользу того, что память не вернулась. Если бы показания брал кто-то другой, а не Хан Чжису, он не стал бы слушать дальше.

– Попытка спасти О Чжонтэ во сне была воспоминанием, которое я исказил в настоящем.

Ли Суин подумал, что сцена, увиденная им во сне, была искажением его памяти. Это была правдоподобная интерпретация.

Начальник О оценил, на какой чаше весов заявление инспектора Ли будет основательнее.

– В данной ситуации я буду освобожден от наказания в связи с моральной и физической утратой. Потому что суд не может наказать человека, который даже не может вспомнить совершенное им преступление.

Это был ожидаемый финал, если бы детектив Хан не спросила:

– …и ты думаешь, что выиграл эту игру, не так ли?

О Дэёну ничего не оставалось, как признать, что инспектор Ли держит рукоять меча. Теперь оставалось только ждать, кто же, включая самого суперинтенданта, лишится головы.

– Я, Ким Хён, нахожусь в здравом уме и трезвой памяти. Это признание записано свободно, на меня не оказывали никакого давления и принуждения.

Это был неожиданный поворот. Инспектор Ли заявил, что будет наказан по закону, что он знает о последствиях своих признаний.

На этом запись закончилась.

Все это было делом рук детектива Хан Чжису. Такой результат стал возможен благодаря тому, что она установила психологический контакт (отношения, основанные на сочувствии и доверии) с инспектором Ли Суином, точнее с профессором Ким Хёном.

Ким Хён доверяет ей. Но пока рано радоваться. Когда дело дойдет непосредственно до наказания, человек может передумать.

Суперинтендант не раз наблюдал, как преступники отрицали свою вину даже перед лицом веских доказательств, которые они не могли опровергнуть. Они настаивали на своей невиновности, даже когда их поймали с поличным, думая, что смогут избежать наказания. Чаще всего это происходило в случаях серьезных преступлений, вроде убийства. Даже после того, как преступник признался в полиции, он обращается в прокуратуру и утверждает, что оговорил себя, дав ложные показания под давлением следствия.