Онлайн книга «Меморандум Квиллера»
|
Снег поблескивал под светом фонарей. Пока я работал над меморандумом, прошел еще небольшой снегопад, и тротуары вновь покрылись снегом. Было уже далеко за полночь, на улицах ни души. После шести месяцев, в течение которых меня прикрывали мои люди, сейчас я был одинок: мое сообщение уже получили и отозвали охрану. Когда я возвращался в отель, единственные следы на снегу были мои. Глава 4 Стена – Ваше занятие, герр Штроблинг? – Торговец цветами. Небрежно закинув ногу на ногу, он не спеша высморкался, чтобы мы успели полюбоваться его белым шелковым носовым платком. В петлице темного пиджака – цветок. Брюки в полоску. Сверкающие ботинки. – Вы торгуете цветами? – Я владею несколькими цветочными магазинами. – Поэтому вы и носите цветок в петлице? – Я всегда ношу цветок. Кто-то захихикал. Унылый свет проникал через высокие холодные окна. Отопление было включено на полную мощность, но все же многие в зале кутались в пальто, словно их знобило. Я особенно внимательно разглядывал людей в зале. Подсудимые и без того были мне хорошо знакомы. Я не знал, кто были зрители. Здесь присутствовали жены обвиняемых, явившиеся в суд вместе с мужьями, так как большинство подсудимых были выпущены на поруки и после окончания судебного процесса могли спокойно отправляться по домам. На балконе сидели люди, пришедшие одни, которые так же в одиночестве и уйдут отсюда. Сгорбившись в своих пальто, они не оглядывались по сторонам. Было тут и несколько женщин. Одна девушка пришла с опозданием, и я обратил на нее внимание. У нее была привлекательная внешность, но я заметил ее не из-за этого. – Пристав! Какой-то человек пытался выйти из зала, и по возгласу судьи служитель остановил его у двери. – Куда вы идете, адвокат? – Я жду посыльного, господин судья. – Покидать зал заседаний не разрешено. Я уже предупреждал вас. – Но ожидаемое сообщение имеет отношение к моему клиенту… – Займите свое место. Утомлённые голоса, давно избитые формулы. Подобная тактика, имевшая целью помешать суду, была известна: защитник пытался покинуть зал, желая получить возможность апеллировать к суду, – его подзащитный, мол, формально не присутствовал на судебном заседании, так как в это время в зале не было его адвоката. Не менее часты были и процессуальные протесты. Желтые газеты ополчились против этого процесса и вообще против всех процессов над военными преступниками, в то время как в зале суда при каждом удобном случае совершались попытки превратить судебное разбирательство в фарс. Председательствующий обладал удивительным терпением, благодаря которому держал в рамках как адвокатов, так и присяжных заседателей… Я наблюдал за присутствующими в зале, вполуха слушая допрос обвиняемых. – Не будете ли вы так любезны сообщить нам, каковы были ваши обязанности в лагере, герр Штроблинг? Подсудимый внимательно выслушал вопрос. Аккуратно одетый, седовласый, со спокойными глазами за тяжелыми очками в черной роговой оправе – его можно было принять за пользующегося заслуженной известностью врача и доверить ему свою жизнь. – Поддерживать спокойствие, порядок и, конечно, чистоту. – А специальные обязанности? – У меня не было специальных обязанностей. – Свидетели показывают, что вам вменялось в обязанность отбирать для газовых камер мужчин, женщин и детей, привозимых в лагерь в автофургонах для скота. |