Онлайн книга «Монстр из Арденнского леса»
|
– Этот Морис… – после небольшой паузы спросила она, – ты упомянул в разговоре по телефону. Это он оказался сталкером? – Нет. Морис Шевалье – это хозяин автомастерской, в которой делали фальшивые номера. Там еще и скупка краденых машин, их перегоняли… В общем, эту банду давно вели и как раз сейчас накрыли. А того человека звали Винсент Шевалье. И я наконец сложил два и два. – Получается, он его родственник? – Брат. Морис дал ему ту машину с фальшивыми номерами, которую видела Мелати и которая потом появлялась на камерах. Сарай мадам Дюпон Винсент использовал, потому что тот удачно расположен. Видела там угол сада? Совсем заросший. Ограда старая и поломанная. Легко пролезть. И дальше пустынный проулок, на который почти не выходят окна. Я еще в тот раз, когда мы пришли искать газолин, это отметил. К тому же мой дом в двух шагах. Полагаю… у него изначально был другой план. Но потом подвернулась ты. – Он решил, что… это твое самое слабое место? – Было слышно, что она слегка улыбается. – Похоже на то. – Марк горько усмехнулся. – Не только у меня есть… способность чувствовать людей. Да, черт возьми. Как это вышло? Как получилось? И оказалось очевидно для любого, кто пристально наблюдал за ним со стороны. Девчонка, с которой он был знаком всего две недели. Эта неожиданная бескомпромиссная близость, звучание в унисон, возможность позволить себе быть откровенным, словно рядом с ней куда-то отступал вечный страх не вписаться, разрушить собой все, к чему прикасался. Вдруг протянувшаяся между ними нить – такая хрупкая, но такая крепкая. За которую он теперь держался изо всех сил в нелепой надежде, что из этого что-то выйдет. Или это очередное порождение больного сознания? Мираж в пустыне, да-да. – Значит… этот сталкер… Винсент… он хромал? – Нет. – Марк вздохнул. – Он был идеально здоров… тогда. Хромого я бы точно вспомнил. Видимо, потом что-то случилось. И… наверное, он винит меня и в этом. – Марк… Тон ее был решительным. Но ему не хотелось, чтобы она сейчас видела его лицо. Не хотелось поворачиваться. Не хотелось… – Марк, иди сюда! – позвала Алис снова, кресло заскрипело. – А то я сейчас встану и… и упаду. Он вздохнул и подошел к ней, присел рядом на корточки. – Ты не можешь знать, что произошло бы или не произошло. Да, возможно, ты ошибся и сломал ему жизнь. А может… и спас кого-то. – Но ты не… – Это не твоя вина, Марк, – твердо перебила Алис. – Все, что случилось сейчас… это его и только его решение, понимаешь? Его выбор. Ох. Это было то, чего Марк так хотел и чего так боялся. Поддержка, протянутая рука. Стремительное сближение, которое, раз начавшись, теперь только набирало скорость. И он понимал, что не может это остановить. Да и не хочет. Сближение всегда означало разочарование. Неоправданные надежды. То, чего он всегда боялся. Закрытость и дистанция позволяли воображению достраивать желаемое, откровенность же лишала всех иллюзий. Показывала неприглядную правду, смотреть на которую не смогла даже Жанна Морелль, эта женщина, не знавшая слова «поражение». А Алис… Марк в очередной раз поразился ее храбрости. Или способности слышать? Иной, чем у него, но все же. Ее не напугало признание в лесу. Не напугало чудовище на пожаре. Не напугали выплески его тьмы, звучащая в нем песнь лабиринта. Казалось, с каждым шагом, делающим их ближе, она, напротив, тоже открывалась. Шла к нему навстречу. |