Онлайн книга «Весы Фемиды»
|
— С кем это ты разговариваешь? — раздался громкий голос Надежды. Надежда стояла в дверях и удивлённо смотрела на подругу. — Как с кем? Вот с ним… С Аристархом… — Мария повернулась к камину. — Фёдоровичем… — растерянно добавила она. Но старик словно растаял в воздухе. — Кто такой Фёдорович? — строго спросила Надежда. — Ну, Надя, я же тебе рассказывала… Это здешнее привидение. Такой представительный старикан. С усами. — Машка, бедная, у тебя уже глюки! — Никакие не глюки! — возмутилась Мария. — Верно тебе говорю, я его только что видела! Так же отчётливо, как тебя. Он был в точности такой же, как в прошлый раз, — седые усы, пенсне… Только пиджак, кажется, другой. Он вылез из камина, продекламировал стихи и исчез, как только ты появилась. Может, ты ему не понравилась! — Последнюю фразу она произнесла мстительным тоном. — Это почему вдруг… — машинально парировала Надежда и тут же переспросила: — Стихи, говоришь? Какие стихи? Ты, конечно, не запомнила? — Как раз запомнила! С памятью у меня всегда был полный порядок, а на стихи — особенно! Мария, как перед этим Аристарх Фёдорович, встала в театральную позу и продекламировала: Найдешь ты то, что безуспешно ищешь, Не только ты, но многие другие, На что вы каждый божий день смотрели. Смотрели, ничего не замечая, Когда глаза, ослепшие от света, Во мраке неизвестности прогреют… — Прогреют? — удивилась Надежда. — Что они прогреют? Ты ничего не перепутала? — Ах да, конечно… Не прогреют, а прозреют. Они же глаза, а не радиаторы. Только, хоть убей, я всё равно не понимаю, что эта бредятина значит. — Слушай, а вообще что-то в этом есть… — прищурилась Надежда задумчиво. — Интересно, что же это такое… — Пятистопный ямб. Нерифмованный. Такой же, как в английской драме. — Нет, я совсем не о том. Как, ты говоришь, начинается это стихотворение? Мария снова встала в позу. Найдёшь ты то, что безуспешно ищешь, Не только ты, но многие другие… — Машка, что ты так завываешь? — Не нравится — не буду ничего вспоминать! — Ладно, не обижайся. Значит, то, что многие ищут? Ага… А что здесь ищут многие? — Весы. Видела статую Фемиды на первом этаже? У нее в руке раньше были весы. — Ну да, Фемиде положены весы, чтобы взвешивать доказательства вины и аргументы защиты и обвинения. — Я слышала, что весы эти были какие-то особенные. Чуть ли не волшебные. Что ты улыбаешься? Но они пропали много лет назад, и с тех пор их все ищут, ищут… — Безуспешно? — Ну да. — Значит, это о них идет речь. — Ну, допустим. И что с того? — Как там дальше сказано? «На это все смотрели каждый день…» Примерно так? Мария взмахнула рукой: На что вы каждый божий день смотрели. Смотрели, ничего не замечая… — Машка, я же тебя просила — не завывай! — Не нравится — не слушай! — Значит, эти весы находятся где-то на видном месте, но их никто не замечает. Что же это за место? — Понятия не имею! — Ну-ка, а что в конце? Когда глаза, ослепшие от света, Во мраке неизвестности прозреют. — Глаза, ослепшие от света. Отчего здесь можно ослепнуть? — Ну, не знаю… Вон хоть эта люстра, — ткнула пальцем в потолок Мария. — Глянь какая яркая, буквально ослепнуть можно, если на нее долго смотреть. — А ведь ты права! — Надежда запрокинула голову, посмотрела на люстру и тут же отвела взгляд. — Правда, можно ослепнуть! — Она прищурилась. — И люстра эта постоянно находится у всех перед глазами, но смотреть на нее, когда она включена, трудно. Чтобы рассмотреть ее хорошенько, нужно выключить свет. |