Книга Секреты Примроуз-сквер 2, страница 41 – Татьяна Лаас

— Сказку, Верн, — напомнил Вэл, зажигая газовую лампу на стене и доставая чистые пробирки с одной из полок.

Верн, поставив бутыль на стол, сел на диван и тихо начал:

— Однажды заблудился в лесу старик. Видать, время пришло — старость она такая: слабость, зависимость от родни, болезни. Лес был голоден и ждал его гибели, водя кругами — снова, снова и снова, ожидая, под какое же дерево ляжет старик, давая сил новой поросли. Заповедный лес не зря не любили, Заповедный лес не зря боялись — войти в него легко, да тяжко выйти, любил лес кровь и плоть.

Вэл качнул головой:

— И ты туда же… Заповедный лес — лучшее, что было на островах.

Верн вздохнул:

— Мой род был фитомагами. Думаешь, мы не знаем, чем питаются некоторые растения и деревья?

— Уж точно не людьми. — Вэл начал разливать эликсир по пробиркам, боясь разлить мимо.

— Друг, — рассмеялся Верн. — Знаешь, почему погибли деревья в твоем саду?

— Ушла магия леса.

— Вовремя свежей плотью не покормили! — сурово припечатал его Верн. Вэл даже вздрогнул — не ожидал он такого от всегда мягкого и спокойного Верна. — Чернокрыльник я в оранжерее выращиваю на земле, удобренной плотью… Лошадиной, не человеческой, не смотри так ужасающе, но иначе не вырастить его. Чем питается златодар, ты знать не хочешь.

— Эм?

Верн, заложив ногу на ногу, пояснил:

— Я еще хочу сохранить нашу дружбу. Так сказку продолжать?

— Продолжай. — Вэл отставил в сторону пустую бутыль и присел на край стола.

— И решил старик, что пришло его время лечь под корни деревьев, да увидел вдруг горящий в воздухе фонарик.

— …синий-пресиний, — подхватил нить истории Вэл. — Знаю: и привел его фонарик в сердце бо…

Верн его оборвал:

— Домой привел его фонарик. Домой, Валентайн! Имей совесть — не лезь в чужие сказки. Заповедный лес не сплошное добро, но и Фонарщики-Шейлы отнюдь не законченное зло.

Вэл качнул головой:

— Твоя сказка делу не поможет — это не та магия, что создаст эликсир.

— Просто приведи Йена домой — это тебе по силам, ты же Фонарщик. Твой дар где-то спрятан под пеплом огня, но он есть в тебе, ведь огонь — это свет, а свет — это…

Вэл потер висок, в котором поселился дятел, стучавший и стучавший головной болью:

— …Фонарщик. Что ж, логика какая-никакая в твоих словах есть, только вот… Сложно сказать, как это будет сочетаться с практикой.

С практикой логика Верна никак не сочеталось — первые три пробирки закипели, стекая грязными потеками стекла на стол. Огонь, он такой, трудноподчинимый.

Пришлось звать Аирна, Даринель, Марка и парочку жукокрылов, которые обладали магией. Впрочем, это тоже не помогло эликсиру стать алым. Ни у кого не было нужной магии — фитомагия ушла из мира вслед за погибшим эльфийским королем.

Аликс, которая сама спустилась в лабораторию из спальни Йена, вытащила из кармана юбки желудь с третьим, главным даром. Что там прячется в желуде, она не знала, но отдала бы все, лишь бы Йен жил. Она пошла на кухню и, смолов желудь, сама сварила кофе. Даже если в желуде были крылья, даже если в желуде было её счастье, даже если в желуде была её жизнь, она ни о чем не жалела.

Вэл только удивленно выгнул бровь — он знал, что желудей осталось очень мало, и в каждом из них нуждался Йен:

— Ты уверена, что это мне? — он разглядывал красивую чашку в её руках.

Аликс лишь кивнула — горло сжало спазмом, что ни слова выдавить из себя она не могла. Руки подрагивали, а сердце трепыхалось где-то в голове — если и это не поможет, то не поможет уже ничто.