Книга Дерзкие надежды Карабаса-Барабаса, страница 56 – Дарья Донцова

– Согрелся? – засмеялась хозяйка.

– Спасибо, чай замечательный, – поблагодарил я Альбину. – Гусь у вас прямо атаман.

– Макар Петрович такой, его все псы по дуге обходят. Вы кто?

– Хотим снять дом на весь год, осенью, зимой будем приезжать на каникулы. А летом…

– Почему парик носишь? – перебила меня Альбина. – Вроде, и с волосами хорошо.

– Парик? – переспросил я.

– Ага, он в пруду плавает, – засмеялась моя спасительница. – Зрелище не для нервных. Можно подумать, кто-то утонул.

– Лысею потихоньку, – нашел я подходящий ответ.

– Проплешин не видно, – возразила моя собеседница. – И на бедного ты никак не похож. Одежонка с барахолки, но стилист у тебя дорогой. Сразу видно, стрижку не криворукий делал. Не спорь! Я много лет парикмахером работала, потом домом быта заведовала. Девочка тоже не привыкла носить то, во что ее нарядили. Вы кто?

– Иван Павлович Подушкин, владелец детективного агентства, – затараторила Саша. – Я Александра, помогаю ему.

– Понятно теперь, – кивнула хозяйка. – Меня зовут Альбина Николаевна Крыскина. Мама с папой чуть не разошлись накануне похода в загс. Мама не хотела становиться Крыскиной, решила оставить свою фамилию – Егорова. Папа возмутился: «Крыскины древний род, я своих предков до десятого колена знаю!» И пошел у них сначала спор, потом скандал, затем полный срач. Насмерть разругались. Еле-еле их мой дед помирил, договорились так: жена останется Егоровой, дети станут Крыскиными.

– Вы, наверное, знаете всех жителей? – спросил я.

– Ну так на одном месте с рождения, – снова кивнула рассказчица. – На работу ездила в Москву – до станции тогда маршрутка от нас ходила. Сейчас ее нет, но у меня свой транспорт есть – водить давно научилась.

– Может, слышали про Наталью Ведерникову?

– Кто ж ее не знает, – скривилась Крыскина, – самая главная наша пьяница! Угораздило Виктора на ней жениться! Он из Селезневых, брат у него Кирилл. Жена Кирилла на все руки мастерица, сын Костя сейчас большую должность в налоговой занимает. Кирилл Витю уговаривал, объяснял, что не получится из Наташки супруга толковая, девчонка еще в школе к бутылке прикладываться начала. Да Сергей Петрович Березкин вмешался, сказал парню: «Никого не слушай. Это твоя жизнь. Если начнешь по чужим советам жить, ничего хорошего не выйдет». Мне тоже в уши бабы наши гундели: «Не общайся с Зинаидой, у нее отец душегуб, мать надзирательница. Плохая семья, злая. Зинка такая же выросла…» Да я всех лесом отправил. И счастливо много лет живем».

Альбина встала, отошла к столику, на котором стоял чайник, и включила его.

– В отношении Зины Маковой он не ошибся. Она отличалась от родителей, мягкая была очень, уступчивая и во вред всем добрая. Старики наши ее отца с матерью люто ненавидели, дети их тоже ничего хорошего к Маковой не испытывали. Много лет прошло, прежде чем мнение о женщине изменилось.

– Что значит «во вред добрая»? – удивилась Саша. – Разве можно сделать плохо, когда делаешь хорошо?

– Элементарно, – хмыкнула Альбина. – Например, твоему отцу врач запретил сладкое – ну диабет у мужчины нашли. А папа прямо плачет, так хочет конфету. Ты решила его утешить, доброе дело совершила, принесла трюфели: «Ешь, любимый родитель». Он все слопал и… в больницу попал, умер! Вот пример доброты во вред. Зинка всех жалела, но кое-кому требовалось хороший пендель дать!