Книга Зеркало бедного зайца, страница 65 – Дарья Донцова

Я выдохнул. Оказывается, быть моей маменькой тяжело физически. Я сейчас устал так, словно сутки мешки таскал. В висках стучали молоточки, в горле пересохло, спина вспотела, воздух словно пропал. Не хватало только прямо в кафе лишиться сознания, подобно барышне девятнадцатого века, которой слишком сильно затянули корсет.

— Иван Павлович? — забеспокоился Леня.

Тут появился официант с подносом.

— Как заказывали, три чайника кипятка. От себя мы добавили набор варенья.

На меня напал истерический смех.

Из глаз Марго хлынули слезы, глупышка прошептала:

— Я не хотела, чтобы она к нему шла, не хотела!

Леонид кивнул.

— Рассказывай все. Безвыходных положений не бывает. Выход есть всегда, просто он тебе не нравится.

— То, что я сейчас услышал, шокирует, — произнес Николай Осипов. — Спасибо, что предложили поговорить только мне. Не представляю, каким образом рассказать об этом жене. У нас не может быть детей, я стерилен. В этом случае лекарства бессильны. Не знал о своей проблеме, несколько лет Женечка пыталась забеременеть, но никак не получалось. Она прошла полное обследование и в России, и за рубежом, везде ей сказали, что она здорова. Потом к врачу отправился я, и вмиг выяснилась малоприятная правда. Мы растерялись, сначала решили, что будем жить вдвоем. А народ вокруг деликатный! Моя мама, царствие ей небесное, когда в гости приходила, разговор заводила: «Носочки вяжу для внука или внучки! Когда меня обрадуете?» Все наши знакомые наследниками обзавелись, при встречах только о них и шла речь. Однажды я Женечке сказал: «Давай разведемся. Из-за меня ты матерью стать не сможешь. Найдешь себе нормального мужика».

Отец Марго усмехнулся.

— Супруга патологически неконфликтна, ее кредо — решать проблемы спокойно. Она никогда не кричит, не впадает в истерику, о рукоприкладстве и речи не идет. Во время той беседы мы сидели в столовой, естественно, одни. Супруга, получив от меня предложение о разводе, молча встала, прошла в кухню, взяла там половник и как стукнула меня им по лбу! Все без слов.

Николай покачал головой.

— На следующий день, глядя на мои попытки замазать синяк, она тоном генерала произнесла: «Действуем так. Я улетаю завтра в наш дом под Парижем. Ты сообщаешь всем, что я беременна, врач рекомендовал мне пожить в другом климате. Твоя задача — найти новорожденного младенца. Мальчик, девочка — без разницы. Когда определишься с малышом, привезешь его мне, естественно, частным бортом. На следующий день сообщим всем, что стали родителями. Мы с ребенком некоторое время поживем в Париже, года два-три (пусть немного подрастет), потом вернемся. Все! Спорить не о чем». Как вам такое?

Я улыбнулся.

— Евгения умеет принимать решения.

— Верно, — согласился Николай. — Сделали все по ее плану. У меня есть приятель Слава, он всю жизнь был на государственной службе. Двадцать лет назад, когда мы с супругой организовали операцию «Наш ребенок», он был молодым специалистом. Он единственный человек, которого я попросил о помощи. Очень хотели сохранить в тайне то, как мы заполучили малыша. Если идти официальным путем, то большое количество людей будет задействовано. Где гарантия, что никто из них не начнет болтать или спустя лет десять-пятнадцать не придет ко мне с заявлением: «У меня на руках документы, которые свидетельствуют о том, что вы забрали ребенка из интерната. Купите мне квартиру, и я буду нем до конца жизни. Если откажетесь, ваша дочь узнает, что она вам не родная».