Книга Зеркало бедного зайца, страница 38 – Дарья Донцова

— Вряд ли, — тихо ответил я. — Лишить человека жизни — непросто. Задушить тебя руками дамы не сумеют, а толстяк, думаю, от страха убежит. Пистолета здесь не вижу, ножи есть только в кухне, и они тупые. Веревок нет, яд я дома не держу. Из окна тебя тоже не выкинуть — на нем решетка.

Надя захихикала.

— Дядечка Ванечка, вы лучший! Уже не так жутко. Но все равно, я ни одного танца не знаю.

— Заинька, — зашептал я, — стой на одном месте, покачивай юбкой, двигай в разные стороны руками, кивай, но оставайся на месте. Остальное — моя забота. Видела, как люди вальс танцуют?

— Нет. Папа не умеет, мама тоже, — всхлипнула невеста Эндрю.

Заиграла музыка. Если это вальс, то я предводитель жирафов. Но делать было нечего. Я шепнул партнерше:

— Тряси руками, верти головой, крути филейной частью. Поняла?

— Нет! — испугалась девушка. — Что такое филейная часть?

— Мадам Сижу, — нашел я новый синоним. — Это часть твоего тела.

— У меня нет мадам в теле! — чуть не зарыдала моя воспитанница.

— Задница есть? — зашипел я.

— Чья? — задала гениальный вопрос мадемуазель.

Я попытался обрести спокойствие.

— Твоя. Ты же не сумеешь вертеть моим нижним этажом.

— Нет, — пролепетала будущая невестка Мэри, — он, наверное, кирпичный.

Настал мой черед удивляться.

— В теле человека нет кирпичей!

— Нижний этаж, — начала всхлипывать девица. — Вы сказали, им вертеть надо, а это невозможно!

— Это интеллигентное название твоей попы, — растолковал я.

— Эй! Вы почему не пляшете?! — начала негодовать маменька.

— Просим прощения у присутствующих! — бойко заговорил я. — Мы только встали в пару, обсуждали па.

— Сделайте музыку громче! — велела Мэри.

В мои уши штопором ворвались звуки тарантеллы.

— Начинай руками махать, — распорядился я и стал исполнять свой коронный танцевальный трюк.

Я пошел большими шагами по периметру комнаты, считая про себя: «И раз, и два…» Дойдя до невесты, я исполнил нечто вроде книксена и глянул на нее. Надя старательно двигала нижней частью тела, а ее руки напоминали лапы престарелой жабы, которая довольно бойко скачет, сама не зная куда. Они поднимались до уровня ключиц, застывали, падали, снова взмывали и падали.

Наконец музыка стихла. Я подал партнерше руку, отвел ее к стулу, усадил и сказал:

— Мы исполнили па-де-де из балета «Испанская свадьба» композитора Хусито Мунито Пуггини. Прекрасная альтернатива традиционному вальсу, который уже всем надоел.

Мэри зааплодировала.

— Вы прекрасны! Оба талантливые! Николетта, твое мнение?

Моя маменька скорее умрет, чем кого-то похвалит. Она махнула рукой.

— Мне пора. Мэри, дорогуша, я выполнила твою просьбу — поставила паре свадебный танец. Теперь удаляюсь.

— Наверное, я тоже поеду, — оживился стилист.

— Сашенька, кисонька, ты, как всегда, шикарно все сделала! — зааплодировала будущая свекровь Нади.

Я заморгал. «Кисонька»? «Все сделала»? Этот бегемот — женщина?!

Стилист схватила за ручку свою сумку на колесиках и убежала.

— Так! — заговорила мама жениха после исчезновения тети. — Эта косорукая баба к личику Надин больше не приблизится! Ужасная прическа! Макияж, как у Бабы-яги! Никита!

— Здесь, — отозвался стройный брюнет, который на всем протяжении «балета» (впрочем, как и до его начала, и после завершения) не издал даже тихого звука.

— Ищи нормального человека, без наград на международных конкурсах, — велела Мэри. — Знаем, знаем, как состязания выигрывают! Путь на экран лежит через диван! Сказано про кино, но актуально для всех видов искусства. Вава!