Книга Разбитое отражение, страница 39 – Анастасия Ватутина

– Нет, – не стала отпираться та. – Марк умирает. Когда я разорвала нашу связь, Карина стала подпитываться его энергией, но не это самое страшное. Приворот – что-то вроде петли, которую набросила на него Карина, и теперь тянет его за собой в могилу.

– Не может быть, – одними губами прошептала Лика.

– И я теперь пытаюсь понять, что именно она сделала, но ритуалов множество, и не факт, что Карина использовала какой-то из них, она ведь вполне могла придумать что-то свое! Потому что, насколько я понимаю, обладая достаточным количеством знаний, ты можешь совмещать и комбинировать элементы разных ритуалов. И как мне теперь выяснить, что именно она сделала? – Яна в отчаянии ударила ладонью по разложенным на столе книгам, листы дневника Карины соскользнули и медленно опустились на пол. Она наблюдала за ними со странным выражением лица, после чего, повернувшись к Лике, сказала неожиданно радостным голосом: – Конечно! Я ведь всегда могу узнать это у нее лично!

– Даже не думай! – Лика испуганно посмотрела на подругу. – Яна, она едва не заполучила контроль над твоим телом, я не позволю тебе так рисковать.

– Никакого риска! – Яна встала со своего места и принялась лихорадочно расхаживать по магазину. – Мы с ней больше не связаны, она не сможет причинить мне вред.

– Ты этого не знаешь, – возразила Лика, но Яна будто бы ее не слышала.

– Мне уже удавалось призывать души умерших, уверена, получится и в этот раз, нужно только получше подготовиться. Пусть Карина и мертва, но все еще может представлять опасность.

– Она может не захотеть с тобой общаться, – предприняла еще одну попытку отговорить ее Лика.

– Захочет. Я ее заставлю.

– И как ты намерена это сделать?

– Пока не знаю, но я не отдам ей Марка. Ни за что.

После ухода Лики, Яна никак не могла найти себе места. Ей срочно нужно было поговорить со Степанидой, но вредная старуха словно чувствовала это и нарочно не появлялась. Остаток дня Яна бесцельно перебирала уже просмотренные книги, снова и снова перечитывала сделанные накануне записи, но никаких свежих идей в ее голове так и не появилось. Несколько раз звонила мать, спрашивала, как Яна себя чувствует, и та заверила ее, что все в порядке, хотя в реальности голова все так же раскалывалась несмотря на принятое обезболивающее. В десять вечера Яна, наконец, сдалась – заперла магазин и отправилась домой. Привычно взглянув на окна квартиры Марка, она отметила, что свет уже не горит, и это было странно, потому как он всегда поздно ложился спать. После вчерашнего разговора они с ним больше не общались, и Яна решила, что завтра перед работой обязательно заглянет к нему.

В подъезде почему-то было темно, а света, падавшего из узкого окна, не хватало, поэтому Яна довольно долго не могла попасть ключом в замочную скважину. Очевидно, своей возней она потревожила жильцов коммуналки, потому как, едва открыв дверь квартиры, наткнулась на грозную фигуру соседки.

– Явилась, наконец! – язвительно прошипела Алла, вперив в Яну недовольный взгляд и уперев руки в крутые бока.

– Да, – недоуменно протянула Яна, гадая, чем заслужила такой суровый прием. – Я же до десяти работаю, ты забыла?

– Я не обязана помнить твое расписание, – презрительно бросила Алла. – Мне плевать, где ты и чем занимаешься, но знай: когда даешь своим хахалям ключи от квартиры, предупреждай, чтобы они вели себя потише. Твой дружок Елену Львовну вчера чуть до сердечного приступа не довел! Я ее все утро каплями отпаивала, чуть на работу не опоздала, а все из-за тебя!