Книга Стылая вода, страница 39 – Анастасия Ватутина

— Да, Марк, я тоже, — не оборачиваясь ответила она. — К сожалению.

Яна переступила порог коммунальной квартиры и тут же споткнулась о разбросанную по всему коридору обувь. Вполголоса выругавшись, она отпихнула в сторону чьи-то ботинки, освобождая себе дорогу. На шум выглянула соседка Алла, и, увидев чертыхающуюся Яну, заговорщицки произнесла:

— А, это ты. Не шуми, у нас тут сеанс.

— Что? Какой еще сеанс? — непонимающе переспросила Яна.

Алла демонстративно закатила глаза и пояснила:

— Елена Львовна, — она кивнула в сторону двери в конце коридора, — возомнила себя медиумом. Собрала где-то таких же чудаковатых стариков, как она сама, приволокла свечей из твоего магазина и доску такую, для вызова духов. Заперлись в комнате и сидят. Духота там страшная, надеюсь, что не придется вместо духов вызывать им скорую.

— Да уж, — Яна тяжело вздохнула и открыла дверь своей комнаты. За спиной Алла еще продолжала что-то бормотать, но Яна ее уже не слушала. Добрела до кровати и почти сразу провалилась в сон.

Она не знала, сколько прошло времени, но разбудил ее шум. С трудом разлепив веки, Яна нашарила рукой телефон и посмотрела на часы. Время уже перевалило за полночь, обычно к этому часу коммунальная квартира погружается в сонную тишину, но в этот раз прямо под ее дверью кто-то шуршал и оживленно перешептывался. Кляня про себя эксцентричную соседку, которая принимает до поздней ночи гостей, Яна потащилась к двери, чтобы деликатно разогнать компанию престарелых экстрасенсов по домам.

— Я чувствовала потустороннее присутствие, — донесся до нее хорошо поставленный голос Елены Львовны. В отличие от своих приятелей, она даже не пыталась вести себя тихо. — Энергия потоком шла сквозь меня, я до сих пор ощущаю вибрации. Вот, потрогайте, — соседка протянула унизанную перстнями ладонь стоявшему слева от нее мужчине, и он деликатно коснулся ее руки. — Ах, Яночка! — Елена Львовна, наконец, заметила ее присутствие и лучезарно улыбнулась. На ней сегодня было шелковое кимоно, искрящееся и переливающееся всеми цветами радуги, а голову украшал искусно намотанный тюрбан. От количества сверкающей бижутерии, которую бывшая оперная певица сегодня надела, даже в таком тусклом свете можно было с легкостью получить ожог роговицы. — Мы не хотели вас потревожить, — Елена Львовна слегка понизила голос, призывая своих приятелей последовать ее примеру, хотя именно она сама и была основным источником шума.

Яна молча наблюдала за тем, как компания пенсионеров, кряхтя и вздыхая, отыскивает в полутьме коридора свою обувь, и один за другим покидают квартиру. Сияющая Елена Львовна любезно со всеми прощалась и клятвенно обещала повторить сеанс в следующий четверг. Последним выходил высокий пожилой мужчина. В отличие от остальных он не стал горячо прощаться с хозяйкой вечера, а повернулся к Яне и с легкой улыбкой пожелал ей доброй ночи. Уже почти переступив порог квартиры, он обернулся и тихо произнес:

— Не отказывайтесь от моего мальчика, Яночка. Не совершайте ошибку.

Прежде чем Яна успела что-то ответить, мужчина исчез, а Елена Львовна, будто ничего не замечая, закрыла дверь и удалилась в свою комнату. Яна же буквально приросла к месту и не могла пошевелиться. Пусть лицо мужчины было сложно разглядеть в полумраке, но она была абсолютно уверена, что одним из гостей Елены Львовны был Лев Яковлевич Яновский, дед Марка. Умерший пять лет назад.