Книга Плач-камень, страница 76 – Анастасия Ватутина

Яна вздрогнула, осознавая, что чудом избежала смерти. Арсений похитил ее из номера гостиницы, пока она была без сознания, одурманенная наркотиком, он снял с нее одежду и переодел в платье, которое, по его мнению, больше подходило для жертвоприношения. От осознания, что она так долго была беззащитна и полностью во власти убийцы, Яна внутренне сжалась от страха, а на глазах выступили слезы.

– Не реви, – скомандовал Кулешов, косясь на показания датчиков, – твой план был идиотским, но в одном ты оказалась права: он бы не остановился и продолжил убивать. Он выбрал бы другую девушку, и нет гарантии, что ее мы успели бы спасти.

Яна всхлипнула, осознавая, какой опасности подвергла себя и окружающих.

– Скажи мне, – словно читая ее мысли, спросил Кулешов, – ты знала, что он пойдет за тобой? Знала, что кинется тебя спасать?

Яна, давясь слезами, замотала головой.

– Ты ведь взрослый человек! Должна понимать, что у всех твоих поступков есть последствия, и что из-за тебя кто-то может пострадать.

– Ты хочешь сказать, что… – Яна не могла закончить фразу, боясь услышать то, что скажет Кулешов. От нее не укрылось, что он намеренно избегает вопросов о Марке, хотя она спрашивала уже несколько раз.

– Я хочу сказать, что твои необдуманные действия могли привести к трагедии, – серьезно сказал Кулешов.

– Могли? То есть…

– Майор, не знаю, какой ты любишь, поэтому взял на свой вкус…

Яна и Кулешов одновременно повернулись к двери, где стоял Марк с двумя дымящимися стаканчиками кофе из автомата. Увидев, что Яна пришла в себя, он в два шага пересек палату, сунул Кулешову кофе и опустился на край кровати, сжимая ладонь Яны в своих руках. Марк наклонился вперед, как будто хотел ее поцеловать, но остановился и вместо этого только крепче сжал руку Яны.

– Так, я пойду спущусь к автомату, – откашлявшись, сказал Кулешов.

– Я же только что принес кофе, – удивился Марк.

– Кофе принес, а шоколадку забыл! – возмущенно ответил Кулешов и вышел из палаты.

– Марк, прости меня, – Яна уже не пыталась сдерживать слезы, приборы угрожающе пищали и звенели.

– Тихо, тихо, – Марк погладил ее по щеке. – Мы еще обсудим твое безрассудное поведение, но до этого тебе нужно немного окрепнуть.

– Я такая дура! Ты мог пострадать из-за меня!

– Нет, это моя вина. Мне не стоило оставлять тебя одну. Я разозлился, и из-за меня ты оказалась в опасности. Яна, если бы я мог вернуть время назад, то ни за что не ушел бы тогда. Так что извиниться должен я.

– Я обидела тебя, – Яна опустила глаза и почувствовала, как о воспоминании об их поцелуе к щекам приливает кровь.

– Я не обиделся. Я запутался. – Марк тяжело вздохнул и выпустил ее руку из своей, встал и подошел к окну. – Ты знаешь, как сильно я любил Карину. После ее смерти мне казалось, что мир рухнул, из него исчез свет, исчезла радость и все, что мне остается, – это доживать свои дни во мраке, создавая для окружающих иллюзию нормальной жизни. Но внутри меня была пустота, я был машиной, которая просто выполняет заданные функции. И вдруг в моей жизни появляешься ты, а вместе с тобой возвращаются чувства, эмоции. Мне впервые за долгое время захотелось жить по-настоящему. Я не сразу понял, что эти изменения связаны с тобой. Стал ловить себя на мысли, что жду момента, когда мы встретимся, поглядывал из окна на двери твоего магазина в надежде, что ты выйдешь ненадолго подышать свежим воздухом. Но тогда мне казалось, что я просто изголодался по дружескому общению и мое желание видеть тебя так часто, как это возможно, совершенно естественно. И чем дольше мы общались, тем сильнее я понимал, что дело не только в дружбе. Меня влекло к тебе, тянуло. И, если бы мы встретились при других обстоятельствах, я бы с удовольствием вышел за рамки дружеского общения. Но я любил Карину, и мне казалось, что, общаясь с тобой, я передаю ее. Это сводило меня с ума, разрывало изнутри, и я решил, что нужно остановиться, пока я каким-нибудь неосторожным действием не разрушил нашу дружбу. Тот месяц, что мы не общались, дался мне очень тяжело. В конечном счете мне удалось убедить себя, что мое увлечение тобой надумано, мы просто друзья, а сердце мое все так же принадлежит Карине. Я не усомнился в своем решении, даже когда бросил все свои дела и рванул сюда поздравлять тебя с днем рождения. Так же поступают друзья, верно? Я очень старался себя в этом убедить, но чем ближе ты была, тем сложнее мне это удавалось. Яна, – Марк снова сел на краешек ее кровати, – я разозлился не потому, что ты меня поцеловала, а потому, что для тебя это ничего не значило, тогда как я…