Онлайн книга «Тонкий лед»
|
– Понял. – Он задумчиво посмотрел на меня. Вряд ли он боялся задавать какие бы то ни было вопросы, но предпочел тактично молчать, не желая создать у меня ощущение допроса. Он обращался со мной осторожно, как делали многие в последнее время. Обычно люди так со мной себя не вели, и из-за этого я чувствовала себя слабой. Я выпрямилась, стараясь сгладить то жалкое впечатление, которое могла вызвать своими слезами. Грил наконец продолжил: – История с вашим похищением была довольно громкой. После заявления о том, что вы идете на поправку, новостей было мало. И на всех фото в прессе у вас… все еще были темные волосы. Я кивнула: – Это старые рекламные снимки, там у меня темные волосы. – Я поколебалась, но затем сняла кепку. – А теперь мой натуральный цвет вот такой. Я смогла внятно объяснить полиции, насколько мне важно сохранить свое состояние в тайне. Они со мной согласились. Мой агент и все остальные тоже старались не говорить лишнего. И мы все надеялись скрыть оптимистичный прогноз врачей от прессы хотя бы на какое-то время, но все быстро узнали, что я иду на поправку. Этот цвет… – Я показала на свои волосы. – …проявился сам по себе. Иногда от пережитой травмы такое случается, по крайней мере, так говорят врачи. – Хм. Я тоже о таком слышал – что волосы седеют. Но не верил, что так бывает, думал, это все миф или байки. Но вы больше похожи на блондинку, не на седую. – Мой нейрохирург сказала то же самое. Я думала, она меня просто утешает. Не знаю, останутся ли они такими навсегда, время покажет. А стрижку пришлось делать самой. Грил нахмурился сильнее: – Черт, шрам… – Он хорошо заживает. Швов не видно, и стяжку сняли. Все остальное внутри. Необратимых последствий нет, хотя это, конечно, чудо: мне успели вовремя сделать операцию, а иначе мне бы грозило повреждение мозга, ну или смерть. – Я пожала плечами. – Иногда болит голова, но через месяц или чуть больше все будет в порядке. – Невероятно. Детектив Мэйджорс спрашивала меня, какие здесь врачи. Боюсь, для вас у нас вариантов мало. Если понадобится что-то серьезное, вам придется ехать в Джуно или даже в Анкоридж. Оказать вам небольшую помощь могут всего двое: профессиональный врач, который переехал к нам пару лет назад, и местный тлинкит[5], он лечит травами и натуральными лекарствами. Он хорошо знает свое дело, но вам это может не подойти. И это все, что у нас есть. Если вам необходимо поехать в Джуно или Анкоридж, лучше сделать это до прихода зимы. Я снова надела кепку. – Может, мне понадобится сделать КТ примерно через месяц, но это не обязательно. Посмотрим, как буду себя чувствовать. И, вероятно, нужен будет врач, который выпишет направление. – Грил кивнул так, словно в его силах было помочь мне в этом вопросе. – Я постаралась замести следы как следует, но шрам, скорее всего, всегда будет выделяться. Про субдуральную гематому говорили в новостях, поэтому есть вероятность, что мой похититель знает о том, что я перенесла операцию, но точно сказать нельзя. Я постараюсь подобрать более подходящую стрижку или парик, если придется. Шеф покачал головой: – В новостях говорили, что вам удалось сбежать от него. – Я выпрыгнула из фургона… – Я хотела продолжить, но у меня перехватило горло. – Я пока не знаю как и не помню, почему сделала это только через три дня. Воспоминания о том, что произошло, и о его преследованиях постепенно возвращаются, но многое все еще непонятно. Такого рода амнезия бывает в случае сильной психологической травмы или удара головой, а у меня оба случая сразу. Я помню коричневый фургон годов примерно семидесятых, но не помню, как выглядел мой похититель. Я запомнила его голос, или мне теперь так кажется. Я полагаю, он преследовал меня годами, но даже в этом не могу быть уверенной до конца. – Я откашлялась. – Еще я помню его имя. Когда я пришла в себя, первое, что я вспомнила, было имя «Леви Брукс». И в этом я абсолютно уверена. По крайней мере, благодаря этому полиция смогла начать его искать. Но эту информацию тоже никто не разглашал. Во всяком случае, пока. |