Книга Руководство по соблазнению сестры лучшего друга, страница 27 – Ви Киланд, Пенелопа Уорд

Она шлепнула меня по руке.

– Ты придурок.

– Но сексуальный, и ты не прочь увидеть меня обнаженным. Ты сама сказала это вчера вечером.

Лала покраснела, как свекла.

– Правда?

– Не-а. – Я рассмеялся и указал на ее лицо. – Боже мой! Ты красная, как помидор. Отлично сочетается с черными подтеками на щеках.

– Должно быть, я выгляжу ужасно, – пробормотала Лала, ощупывая свое лицо.

Ее вьющиеся волосы растрепались, макияж размазался, и она спала прямо в одежде, но для меня она все равно была великолепна.

– Возможно. Но ты – настоящая катастрофа, Лейни Эллисон. – Я поднялся на ноги и протянул руку. – Идем. Давай вытащим тебя из этой ванной.

Двадцать минут спустя она через соломинку допила остатки смузи.

– Ну как? Полегчало? – спросил я, и она кивнула.

– Вообще, вроде да.

– Значит, можно переходить ко второму этапу.

– К какому еще второму этапу?

Я выхватил у нее из рук пустой стакан из-под смузи и легонько постучал им по ее голове.

– Кофе. Для нас обоих.

Пока я варил на кухне две чашки кофе, Лала пошла в спальню. Когда она вернулась, ее лицо было умыто, волосы собраны в большой неровный пучок на макушке, и на ней была новая одежда.

– Посмотри на себя, – сказал я, передавая ей дымящуюся кружку. – Как новенькая.

Она сидела на диване, поджав под себя ноги, и потягивала кофе.

– Я тебя ни от чего не отвлекаю? Ты выглядишь так, словно принял душ и собрался куда-то пойти.

– Через полчаса у меня встреча с Билли. Я изрядно вспотел, играя на барабанах, поэтому подумал, что она будет благодарна, если я помоюсь после вчерашнего концерта.

– Ты имеешь в виду жену Колби?

Я кивнул.

– Да, с ней самой. Я заканчиваю делать татуировку. Контур уже готов. Сегодня она зальет его цветом.

– Что за рисунок? – спросил я.

– Сова.

– Можно взглянуть?

– Конечно. – Я встал и схватился за молнию. – Она у меня на заднице.

Лала вытаращила глаза, а я усмехнулся и сел обратно, приподняв подол рубашки.

– Шучу. Для умной леди ты чересчур доверчива. Она у меня на боку, прямо здесь.

Лала посмотрела на контур совы и отвела взгляд. Ее глаза опустились к моему прессу и задержались там на несколько секунд, прежде чем вернуться к контуру. Три секунды спустя произошло то же самое, только на этот раз она высунула язычок и провела им по нижней губе.

Ни хрена себе! Она меня разглядывает.

Я знал, что должен поступить правильно и опустить рубашку, но я не мог насытиться тем, как она на меня смотрела.

– Хочешь посмотреть остальные?

Она кивнула и сглотнула. А я, придурок, полностью снял рубашку.

– Вот моя первая, – начал я, указывая на две барабанные палочки. – Полагаю, тут пояснения не требуются. – Я указал на ту, что у меня над сердцем, на кучу цифр, выстроившихся в прямую линию. – Вечером накануне того дня, когда я съехал от родителей, моя мама была очень расстроена. Она плакала и говорила, чтобы я не забывал, где она живет, и почаще ее навещал. На следующий день я вытатуировал координаты дома моих родителей, чтобы она знала, что я не забуду, как добраться домой.

– Ух ты!.. Это так мило.

Следующие десять минут я показывал Лале остальные татуировки на моем теле. Когда я добрался до креста с вытатуированной под ним датой, мне не нужно было ничего объяснять. Это была дата смерти Райана. Лала провела пальцем по контуру креста, и моя кожа покрылась мурашками.